В мире уютных пар и счастливых дружек один из них всегда был влюблён. Но что если тайна в паспорте может растопить даже железную дружбу? Книга "Я тебя не хочу" Анны Шнайдер раскрывает, как маленькая правда способна переплести судьбы любящих и близких друг другу людей, заставляя поверить в чудо из обычной жизни....
Потом снова вошёл, но опять едва ощутимо…
— Скажи «да», сладкая…
— Не-е-ет… — простонала я, и Лебедев вновь вышел. Я захныкала. Искуситель…
Сашка вновь заскользил вниз по влажным складочкам, и я, вопреки своему «нет», раскрылась сильнее. Практически легла на живот и раздвинула ноги.
— Стася… Тебе нравится?
И вновь горячая головка приблизилась к самому входу. Я нетерпеливо дёрнула бёдрами и насадилась на неё чуть глубже, чем до этого. Сашка рыкнул.
— Стаська! — прорычал он мне в ухо.
Я понимала. Я даже слишком хорошо понимала… И простонала:
— Да-а-а… — и захлебнулась этим стоном, потому что Лебедев не стал ждать и вошёл в меня резко и жадно, до упора, выбив весь воздух из лёгких."
"— Наконец-то! — хрипло выдохнул Сашка и задвигался. Ладонью нашёл клитор и стал тереть его в такт собственным движениям, чем окончательно погрузил меня в бессознательное состояние.
А Сашка между тем сбросил одеяло, перевернул меня на спину, задрав мне ноги, и ворвался в моё тело так стремительно, что я не выдержала и закричала.
— Чёрт… — он замер внутри меня, перехватил ноги поудобнее и начал медленно выходить. — Забыл, что ты недавно только… Обезумел совсем… Прости…
Он думал, я плачу от боли. Нет, я заливалась слезами от удивительного наслаждения, которое охватило всё моё тело от этих его стремительных, а теперь неторопливых движений.
— Так хорошо, малыш?
— Да-а-а…
Лебедев положил мои ноги себе на плечи и вновь вошёл до упора.
— А так?
— Д-д-да… — всхлипнув, я сжала пальцы на Сашкиных плечах. Глаза у него в тот момент были странные. Тёмные и какие-то слегка сумасшедшие…
— Узенькая ты у меня, — шептал он, снова начиная медленные движения, но постепенно ускоряясь.
— Что значит д-д-де… — я не договорила. Сашка лёг на меня, оставив ноги согнутыми и лежащими на его плечах, и задвигался на предельной скорости, прижимая меня к кровати всем корпусом.
Безумие. Абсолютное, запредельное, бесконечное… И Лебедев погрузил меня в это безумие, вколачиваясь в моё тело и кусая мои губы. Я даже не представляла, что подобное можно испытывать.
