Заминовская решает сменить обстановку и прервать серию невзгод на работе. Ее предчувствие неожиданно ведет к дружественной, почти родственной атмосфере парковки — где она может отвлечься и расслабиться перед новой страницей жизни.
»
После «думаю» в сообщении еще три строчки, однако не хватает пары секунд, чтобы дочитать.
С площадки доносится какой-то странный звук, и дверь квартиры с громким стуком распахивается настежь.
— Черт, я же закрывала! — в панике кричит Катажина и начинает суетливо набирать что-то на своем телефоне.
Скорее всего, вызывает полицию.
В шоке я тоже ругаюсь. Но вспоминаю не черта, а всех жителей преисподней, о которых когда-либо читала, и одного знакомого цербера.
Имена мешаются с проклятиями.
Красивый как утром. Все в том же шикарном костюме, в белой рубашке, расстегнутой на две пуговицы. И с таким адским напалмом в глазах, что внутренности сжимаются в плотный ком и падают вниз, к развилке ног.
— Ох, ё... — Телефон падает из рук Катажины, а сама она заваливается на диван.
Довольно грациозно, нужно признаться.
На миг даже залипаю. Не на Шаталове! На груди своей несостоявшейся наймодательницы. Но, к несчастью, никто не дает мне и минуту погоревать над несправедливостью природы и моей скромной единицей.
— Я где сказал ждать?! — гремит Шаталов. И, словно я горжетка, а не человек, закидывает мою вялую тушку к себе на плечо.
Глава 14.
Злость — это бензин для страсти.
Злость сменяется растерянностью, как только Марк кидает меня на сиденье своей машины. Вспыхиваю как спичка. Не беспокоит, что нас увидят и услышат. До барабана всякие «что подумают» и «это неприлично».
Руки так и чешутся добраться до этого нахала и влепить пощечину. Аж потряхивает, будто кто-то набросил на тело оголенный провод. Но сжатые зубы Шаталова и его бронебойный покерфейс заставляют придержать коней до места высадки.
«Ты не истеричка! Не смей!» — провожу сеанс самовнушения. И пока бэха, не замечая светофоров, летит по Питеру, мысленно готовлюсь к предстоящему бою.
Коплю ярость.
Подбираю слова.
Усердно точу вымышленный скальпель.
Как уже скоро выясняется, в «аккумулятор на подзарядке» всю дорогу играла не одна я. Только мы паркуемся во дворе дома, у Шаталова вырывается первый злобный рык.
— Оторвала задницу от сиденья.
