– Спасибо тебе, начальник, – потешив напоследок его самолюбие, протягиваю ладонь. – Ты нас очень выручил, – искренне выпаливаю.
– Удачи, мужик, – выдает таким сочувственным и одновременно поддерживающим тоном, будто на войну меня провожает. – Удачи! – пожимает мне руку, лихорадочно сжимая и тряся ее.
Я уже не рад, что остановил его. С трудом высвободив ладонь из липкой хватки, отступаю от прохода. С завистью наблюдаю, как Митя буквально испаряется из здания роддома. Нехотя поворачиваюсь к Ланской.
– Нина Витальевна, я все нашла, – рапортует медсестра-брюнетка.
Врач обходит стол, садится за компьютер.
– Угу, – надевает очки и кружит взглядом по монитору. – Так, это есть, – крутит колесико мыши. – И это есть, – перелистывает какие-то страницы. – Прекрасно, результаты анализов на месте, меня все устраивает. Оформляй, Майя, нашу беременную.
– Супер, тогда я поехал, – взмахнув рукой, пячусь к двери.
Две противоположные личности борются внутри.
«Славин, ты бросишь девчонку одну в больнице?» – взывает к совести одна.
«Петя, шампанское греется, Новый год на носу», – соблазняет сбежать другая.
– Куда? – третий голос перекрывает и нивелирует два предыдущих. – Муж, вы нужны своей жене, – врач с замашками диктатора укоризненно смотрит на меня поверх очков. Поспешно выходит из-за стола и выступает на середину коридора. – Я к беременной, а вы пока готовьтесь. Майя найдет, во что вам переодеться, а также выдаст бахилы, шапочку и прочее…
Последние слова Ланская произносит на ходу, быстро отдаляясь от меня.
Некоторое время задумчиво сверлю ее спину взглядом.
– Прошу прощения, а к чему я должен готовиться? – рискую бросить ей вслед.
– Так у вас партнерские роды, – открывает дверь в смотровую и задерживается на доли секунды, чтобы зловеще улыбнуться мне: – Готовьтесь, папочка!
Глава 5. Не муж он мне!"
"– Партнерские… что? – переспрашиваю, а мозг будто блокирует опасное слово. Вместо него подставляет более подходящие и безвредные, на его взгляд, существительные: «переговоры», «отношения», «сети», «программы»… Да что угодно, елки зеленые, только не…
– Роды! – вслед за врачом радостно повторяет медсестричка Майя.
Упершись бедрами в край стола, она расплывается в улыбке Чеширской кошечки, будто ей здесь доплачивают за сломанную психику каждого несчастного мужа, обманом затащенного в родзал.
– Э-э, но… – яростно потираю вспотевший лоб, внезапно разучившись говорить. Отупевшим взглядом гипнотизирую медленно закрывающуюся за Ланской дверь.
