Автор
Младенец-потаскушка: уродина и исключительно нежданная жертва судьбы. Внутренняя тоска, вечное безвестие — вот все что осталось от его жизни. Мать с теми же демоническими взглядами, но уже неспособные понять сложную душу своего ребенка.
Дьявол закрыл глаза, делая глубокий вдох и такой же глубокий выдох. Всеми силами своего разума он попытался максимально сконцентрироваться на месте, которое увидел. Он ощущал, как подрагивает тело испуганной Евы у него в руках. Как её грудная клетка приподнимается лишь изредка, будто она совсем забыла, как нужно дышать. Как она переминается с ноги на ногу, поскольку в её босые пятки впивается очередная колючая ветка. Но все эти эмоции волнения и страха, которые она источала так сильно, что они становились заразительны, Райнхарду нужно было сейчас откинуть.
И он справился.
При их появлении в новом месте пространство вокруг охватило пламенем. Языки огня разошлись от ног дьявола и успели пожрать часть травы до того, как стремительно потухли. От напряжения мужчины магия его была нетерпеливой и пыталась вырваться наружу, чтобы породить хаос, но он смог совладать с этим.
Место было верным. К его большому счастью и сожалению, они прибыли к нужной точке назначения. Это был лес. Всё такой же темный и глухой.
Дэниэль почти с заботливой любовью обнимал тело Мари, облаченное в желтое бальное платье, так ярко выделяющееся из картины серого темного леса. Она была неподвижна. Глаза её были закрыты, руки безвольно опущены. Казалось, девушка мирно спала. Спала, несмотря на режущий ветер и холод.
…спала ли?
Грудная клетка её едва приподнималась под желанием очередного вдоха. Тело было неподвижным, податливым. А привычный румянец щек заменила неестественная бледность.
— Мари! — с ужасом выкрикнула Ева.
Тут же она ощутила, что руки Райнхарда более не сжимают её. Дьявол был быстрым и решительным. Он не терял ни секунды.
