Автор
Младенец-потаскушка: уродина и исключительно нежданная жертва судьбы. Внутренняя тоска, вечное безвестие — вот все что осталось от его жизни. Мать с теми же демоническими взглядами, но уже неспособные понять сложную душу своего ребенка.
Лучше она будет злиться, чем паниковать. Глупая, наивная девчонка. Она с таким рвением упрашивала Райнхарда дать Дэниэлю еще один шанс, услышав историю его семьи. А сейчас этот ублюдок пытается забрать у неё самого родного и теплого человечка. Потушить своей грязной магией это солнце, вечно озаряющее её мир.
Нет.
Второго шанса заслуживает каждый, но на второй проступок тебе стреляют в голову.
И Ева была так зла, что скорее готова была разорвать Дэниэля собственными руками, чем дать ему возможность забрать у неё Мари.
Вот только… что же ей делать, когда даже Райнхард не мог пробиться сквозь поставленную защиту?
Взгляд Евы судорожно начал метаться по барьеру, будто пытаясь найти в нем хоть какую-нибудь трещинку, хоть какое-то слабое место. От очередной волны пламени, расходившейся по всей поверхности защиты до самой земли, трава рядом с ним горела. Дьявольский огонь заставлял её покрываться чернотой и полыхал до последнего, пока каждая травинка не обратится в пепел. Лишь благодаря тому, что плотный слой зелени был начисто выжжен, сквозь пламя девушка смогла заметить желтый магический символ на земле, ровно в том месте, где барьер соприкасался с ней.
— Райнхард, там на земле руны! — вскрикнула Ева, теперь осознавая, почему защита Дэниэля была столь крепка.
Услышав это, дьявол перестал бездумно пытаться разрушить барьер силой. Но не успел он даже осмотреться, как наследница уже кинулась к замеченному желтому знаку. Вокруг него продолжало полыхать пламя, но это ни на секунду не остановило Еву.
— Стой! — крикнул Шац, делая взмах рукой, чтобы огонь потух, не успев обжечь девушку.
Но было уже поздно. Кожа наследницы должна была покрыться волдырями от столь неестественно разрушающего пламени. Вот только адреналин и ужас от происходящего так сильно били в голову, что Ева будто бы не чувствовала никакой боли. На самом деле, её и не было. Огонь не причинил Мерриман никакого вреда. Райнхард заметил это, когда девушка упала на колени перед барьером и начала пытаться просто вырыть пальцами тот самый желтый знак.
Наблюдая за тем, что делает взвинченная, кажется, обезумевшая девчонка, Дэниэль недовольно хмыкнул. Каждая складочка на его лице на секунду налилась эмоциями гнева, но в следующее же мгновение он снова злорадно улыбнулся.
