В свете мягкой лампы в маленьком отведенном кабинете генерал пребывал в глубокой депрессии. Его взгляд скользил по чашке, полной черного кофе, словно в поисках чего-то невидимого. Этот необычный роман обединяет интригу и смех в мире, где младенец и проклятый дух находятся на страже мира, но опасаются его потворства....
На ней крупно напечатано:
Четвертью часа позднее"
"Прачечную, где бородатый резидент стирал свои воротнички, отыскали лишь к вечеру. Лучников сел на разъездное авто, понесся к китайцам. Штабс-ротмистр объявил экстренный сбор всей арестной команды, сам же ждал у телефона. Чтоб не томиться без дела, читал последнюю сводку о балканских событиях, доставленную из канцелярии генерал-квартирмейстера.
Источник из Вены сообщал шифрограммой, что члены сербской тайной организации «Черная рука», устроившей покушение на эрцгерцога, дают на допросах ужасающие показания.
Ох братья славяне, покачал головой Козловский. Дорого же России обойдется покровительство над вами. Провалились бы вы в тартарары с вашей местечковой спесью и неуемными амбициями.
Звонок!
Дернувшись, штабс-ротмистр схватил трубку.
– Козловский у аппарата!
– Вас добивается некий студент Романов, – сказал оператор.
Какого еще черта?
– Если будет другой звонок, соедините немедленно, отключив Романова, – велел князь.
Мальчишка был сильно взолнован. Судя по шорохам в трубке, говорил, прикрывшись ладонью.
– Я звоню из летнего кафе «Ротонда», в Царском Селе! Я был возле Гвардейского штаба! Там афиша! Я всё понял! Шпион проникнет на территорию 11 июля, во время мэтча!
– При чем здесь «мэтч»? Какой еще «мэтч»?
Что-то Лучников тянет.
– Футбольный, футбольный! – нес белиберду студент. – 11 июля гвардейская команда принимает у себя Немецкий клуб!
– Какой-какой?
– Немецкий. Это спортивное общество немецко-подданных, которые жительствуют в Петербурге. У них сильнейшая футбольная команда. Раз за разом кубок берут.
Козловский рассердился.
