В поезде "Дурбурд" произошло невероятное: шарф сам собой ожил и обернулся вокруг шеи у доктора Доу. Этот случай лишь началом загадочной истории, в которую мы войдем вместе с героем - человеком, чья жизнь стала пост-имаго для всех присутствующих на поезде.
А тут речь о какой-то экспедиции…
Посчитав, что услышал достаточно, он постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, толкнул ее.
Войдя, посетители увидели двух мужчин, стоявших у большого дубового стола. Властный голос явно принадлежал высокому широкоплечему старику, который держал одну руку в кармане сюртука, сжимая в другой кожаную папку для бумаг. Седые слегка вьющиеся волосы почтенного джентльмена переходили в пышные бакенбарды, губы его были недовольно поджаты. Словно грозовая туча, он нависал над растерянным и слегка испуганным собеседником.
– Мое почтение, – сказал доктор. – Нам нужен мистер Келпи. Мистер Фенниг направил нас сюда. Мое имя Натаниэль Френсис Доу, это мой племянник Джаспер.
Испуганный джентльмен отметил черный докторский саквояж в руке посетителя и кивнул.
– Я – Келпи. – Он повернулся к хмурому старику. – Эти господа пришли в связи с кончиной бедного профессора Руффуса."
"– Да-да, – буркнул старик. – Не буду мешать.
Сказав это, он направился к выходу из кабинета, бросив на посетителей тяжелый взгляд. В дверях он обернулся:
– Подумайте как следует, Келпи. Теперь вы – глава этой кафедры, и именно вы принимаете все решения. Не будьте болваном.
После чего ушел, захлопнув за собой дверь.
Мистер Келпи, невысокий пухленький человечек в коричневом клетчатом костюме и твидовой бабочке, выглядел так, словно вдруг забыл, как здесь очутился: он лихорадочно моргал, крошечные пальцы теребили висящее на цепочке пенсне.
Потеющие руки мистера Келпи не укрылись от пытливого взгляда Натаниэля Доу.
– Вы весьма наблюдательны, доктор, – кивнул мистер Келпи. – У меня болотная лихорадка. Подхватил в одной из экспедиций.
– Что вы принимаете?
– «Лекарство Гиблинга». Профессор… гм… глава нашей кафедры его изобрел, когда я заболел.
