Ветеринарша Елизавета Совенко случайно наткнулась на забытую землянку во время грибных походов. Там она встретила странную мутанта, что заставило её сердце биться чаще. Унылая яма, скрывающая островок жизни, стала вдруг местом встреч с неузнаваемыми существами, и Совенко забыла о своих грибах....
Он очнулся оттого, что Вовченко толкал его в грудь:
– Мыкола? Мыкола!
Тот наконец-то оторвал взгляд от книжицы, но реальность еще не воспринималась. А машины пана Кушнера в пределах видимости уже не было.
– Быстро меняемся местами! – торопил Шурка. – Пока никто не заметил! Ты чего это, брат? Иди на свою таможню, а я на свою!
Волков давно заметил необычное качество своего сознания: в самые критические, безвыходные моменты, когда уже небо чудится с овчинку, когда разум уже не в состоянии спасти положение и отчаянно пищит, словно придавленная мышь, комбинации созревают в мгновение ока.
– Как хорошо, что мы нашли друг друга!
А сам незаметно сунул свидетельство о браке в нагрудный карман возбужденного Вовченко.
– Хорошо, хорошо… – пробормотал тот, – разбегаемся! – И пошел на досмотровый пост.
А встав под флаг своего государства, он, хоть был похмельный и маловосприимчивый к окружающей среде, испытал странное чувство, будто вроде все то же кругом и одновременно – не то. На флаг посмотрит – российский триколор, и пограничные столбы с двуглавыми орлами на то же указывают, но оглядится – вроде как-то все не так, некое искривление пространства наблюдается, частичная утрата ориентации.
– Слышь, Мыкола, – позвал он, когда остались одни. – У тебя бывает такое, когда кажется, ты здесь – и тебя будто нет? Будто ты в другом месте?
– Бывает, – отозвался тот. – Это значит – похмелиться треба.
– Нельзя, – строго заметил Шурка. – С утра начальство шастает.
– То-то и оно… Сейчас бы хоть тарелку горячего украинского борща…
– Лучше бы щей, из телячьей грудинки, – патриотично сказал Вовченко.
– Послушал бы ночью меня, – проворчал Волков, – сегодня бы уже здесь не стояли… Мутант на свободе гуляет.
В это время на подступах к таможне показалась узнаваемая фигура Тамары Кожедуб. Только шла она почему-то с Украины, в цивильном платье, однако же с сумкой, в которой приносила Волкову завтрак. Мыкола в тот же час нырнул под свод, заскочил на лестницу башни и, заперев за собой дверь, стал наблюдать в оперативный глазок.
