Районный центр Братково расположен на границе между Россией и Украиной. Жители разделены стеной и говорят на смеси двух языков. История о людях, живущих между двумя мирами, о том, как граница разрывает семьи и меняет судьбы обычных селян.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мутанты»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Районный центр Братково расположен на границе между Россией и Украиной. Жители разделены стеной и говорят на смеси двух языков. История о людях, живущих между двумя мирами, о том, как граница разрывает семьи и меняет судьбы обычных селян.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Трофимович Алексеев Ьесы и драматургия подборки серии
Районный центр Братково расположен на границе между Россией и Украиной. Жители разделены стеной и говорят на смеси двух языков. История о людях, живущих между двумя мирами, о том, как граница разрывает семьи и меняет судьбы обычных селян.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хочешь, мы поможем груз перенести? Так сказать, услуга за услугу…
– Нет уж, мы сами! Здесь недалеко машина. Отдыхайте, мужчины…
Контрабандистки взвалили на себя тюки и, словно верблюдицы в пустыне, пошли по тропинке строго размеренным шагом, раскачиваясь при этом в разные стороны.
– А я ее не помню, – признался Лях.
– Плохо. – Гуменник проводил взглядом табачный караван и снова растянулся на траве, но уже в тени куста. – Тренируй зрительную память… Я посплю, а ты охраняй мое тело. И заодно продумай легенду.
– В России все проще, – повторил Геббельс. – Люди, бабы, отношения. Доверчивые овцы… С хохлами труднее. Там тебя допросят с пристрастием, вывернут… Кстати, мы когда-то начинали на Украине, можно сказать, тоже в одних трусах. Помнишь?
– Это незабываемо…
– И прошли тернистый путь. И вот теперь начинаем сначала…
– Думай про себя, – сказал батько. – И поменьше лирики. Не мешай спать…
Перед тем как погрузиться в сон, Гуменник подумал, что родная земля и впрямь дает силы, если на ней спать вот так, голым и под открытым небом. А Лях еще подумал несколько минут, лег на живот, чтобы не бередить ушибы на спине, и принялся сочинять легенду, которая должна была стать основой многих последующих лет жизни. Он даже не сочинял ее, а моделировал, словно искусный архитектор здание, прежде чем приступить к его строительству. И если эта умозрительная модель получалась цветистой, многоплановой и гармоничной, то, приложив незначительные силы, можно было воплотить ее в реальность…
То есть материализовать.
Их взяли сонных, причем очень жестко, и, не давая опомниться, начали не менее жесткий, подавляющий волю, допрос. На двоих было четверо здоровых, явно бандитского вида братков, похожих друг на друга еще чем-то, кроме стрижки под ноль. Сразу вычислили главного, и поэтому Гуменник оказался в наручниках и с веревочной удавкой на шее, а его телохранитель только с пакетом на голове.
Вопросов задавали всего два:
– Кто послал?
То есть – «Чьи вы, к какому клану принадлежите и чью волю исполняете?» Но их никто не посылал, и все, что они делали, – делали по своей воле.
– Кто сдал тоннель?"
"Они же на самом деле не знали, кому он принадлежит на правах собственности и кто конкретно его сдал. Впрочем, как и то, сколько стоит это китайское удовольствие в условиях дикого контрабандного рынка.
Поэтому ни тот, ни другой не могли толком что-либо ответить. Гуменник несколько раз терял сознание от удушья и какое-то время испытывал состояние невесомого и отдохновенного полета между жизнью и смертью. А очнувшись и понимая, что в очередной раз полет этот оборвется, признавался во всех смертных и прочих грехах.
– Я батько Гуменник, – хрипел из последних сил. – Личный представитель президента Украины.
