– Нет-нет-нет, – шептала Джесс, чувствуя, что умирает (или исчезает?) вместе с Брентом. – Брент, нет, прошу… Останься… Со мной…
Она не могла плакать – море внутри нее заледенело. Стало ненужным куском льда размером с целую страну.
Мужчина с лиловыми глазами бесшумно спрыгнул с окна. Плавно и неслышно ступая – как хищник, он подошел к сидящей на кровати Джесс, которая, кажется, находилась на грани. Она раскачивалась из стороны в сторону, не в силах поверить в увиденое.
Мужчина подобрал нож и опустился на смятые простыни рядом с Джесс, с интересом заглядывая ей в лицо.
– Ну как? – спросил он, чистя ножом черные ногти, будто ничего не произошло. Но глаза его выдавали – горели жадно, почти неистово.
– Зачем… ты… это делаешь? Кто ты? – спросила Джесс едва слышно.
– Приглядись, Кэнди, – прошептал он, склонив голову набок, и протянул к ней руку.
Она отшатнулась в сторону – как от заразного. Его губы скривились в злой улыбке.
Как посмела?
– Кто ты?! – выкрикнула Джесс вновь, с трудом сдерживая визг.
Внутри истончались струны. Бесшумно рвались. Лопались одна за другой.
– Моя прекрасная гадкая Кэнди. Не стоит так волноваться. Ты знаешь, кто я. Смотри в глаза, – тихо приказал мужчина.
Она отвернулась, закрывая ладонями лицо.
– Смотри в глаза, – зловеще повторил он. Сел перед ней на колени и схватил одной рукой за предплечье, а второй – за подбородок.
Их взгляды встретились.
Ненависть против ненависти.
Боль против боли.
Слезы против улыбки.
– Ты убила Брента, сладкая. Ты грязно поступила с ним, – зашептал мужчина зловеще, больно сжимая Джесс за подбородок и зная, что она не сможет отвести от него взгляд.
– Он попал в Диспатер вместо кое-кого другого. А во всем виновата ты, Кэнди. Ты.
Она молчала, а он наслаждался ее выражением лица. Блеском ее лихорадочно горевших глаз. Частым дыханием.
Наслаждался всей ею.
– Ненавижу, – прошептала она сквозь силу.
Он скинул ее с кровати, которая все еще хранила тепло Брента. И вдруг крепко поцеловал ее в губы – до боли, без капли нежности, но требовательно и властно, не слыша ее протесты и без труда подавляя сопротивление.
Без труда откинул на спину, оказавшись сверху – уперся ладонями о пол около ее головы. Склонился, укусил за нижнюю губу – до крови. И вновь поцеловал – с какой-то невероятной, почти глумливой мягкостью, на которую способен был только тот, от кого осталась лишь лужа крови.
Оттолкнуть это существо от себя Джесс не смогла: сначала не было сил, затем – желания.
