Закончила и зажмурилась быстрее, не могла смотреть на Данте. Не сейчас, когда только что принадлежала ему, а в его сердце возможно все еще была жива память о той другой. А может быть, и не память вовсе, а она ждала его в Москве. Жила с ним, спала в одной постели каждую ночь. Данте же предложил мне роль содержанки, возможно, потому что роль возлюбленной давно исполняла другая.
— Бля-я-я-ядь, — протянул Данте глухо, — Инга, какого хера ты молчала все это время? Дурочка ты моя милая… как же я дурак обо всем не догадался, когда увидел ключи?
Данте склонился ко мне и дотронулся до моего лба своим.
Несколько минут ничего не говорил, я боялась пошевелиться, чтобы не потревожить. Его губы находились слишком близко. И мне одновременно хотелось поцеловать его и вырваться, убежать как можно дальше.
— Я ее не трахал. Она хотела и, блядь, не только она. Но для меня существовала только ты, я на других баб вообще смотреть не мог, только подмечал недостатки. Думал, что у этой жопа слишком большая, у той титьки не такие.
Ты для меня была идеалом, на хер мне другие не уперлись. Женщина, которую ты видела была моей любовницей до того, как я встретил тебя. Мы расстались задолго до того, как ты появилась в моей жизни, но она хотела все вернуть. Я не хотел. Но и просто послать на хуй не мог, она была дорога мне когда-то. Я поцеловал ее руку, помог одеться и сказал, что хочу жениться на другой."
"Данте посмотрел мне прямо в глаза, а у меня по коже побежали мурашки.
Жениться на другой? Ничего не было? Но тогда…
— Данте… — прошептала растерянно, его взгляд стал жестким и злым.
— Зато теперь я понимаю, почему ты побежала к Макару. Я думал из-за бабла, но теперь ясно, что это была месть. Так, Инга, ты решила, что если я трахаюсь с другой, то будет здорово отомстить, выйдя замуж за мудака, который о тебя будет ноги вытирать? — Процедил Данте, внезапно чуть отстранил бедра, и толкнулся во мне.
Он снова был твердым и большим, заполнял меня целиком.
Глава 27
. — Не отомстить… — но договорить Данте мне не позволил, снова начал трахать, яростно врываться в меня, заставляя кричать и стонать от обжигающего удовольствия, не позволяя ничего объяснить.
В какой-то момент, когда я уже готова была достигнуть оргазма, Данте вышел из меня, встал на колени, закинул мои ноги себе на плечи, подложил под поясницу подушку.
Головка члена уперлась в розочку между ягодиц. Я вся сжалась в ожидании проникновения, не осмеливаясь протестовать. Зная, что тогда будет только хуже.
