В моем сердце взошел гнев за каждую мгновение, когда она убегала. Я ощущаю преследование в воздухе и знает каждый шаг, словно невидимая рука. Эта страсть становится тяжелой ношей, как удавка на горле — ни алкоголь, ни никотин не помогают освободиться от страстного хватания за ее воспоминание....
Естественно, между нами ничего не было и быть и не могло. В итоге я хорошо знаю язык, но моя первая любовь не состоялась.
Отворачиваюсь от влюблённой парочки, утыкаюсь в телефон, на который приходит сообщение.
Родион…
«Я заеду за тобой в шесть. Надеюсь на твою благоразумность».
Даже не надейся.
«А можно мне немного отдохнуть от твоего внимания?»
«Варвара, твой отец ждет нас вместе на ужин».
«Ладно. Приезжай. Не сбегу».
Прячу телефон, допиваю йогурт, возвращаюсь на работу.
* * *Вторая половина дня проходит легче.
Ужин…
Выхожу из здания компании, надевая черные очки, – не хочу, чтобы Родион видел мои глаза. Хочу закрыться. У него слишком пронзительный взгляд.
Он, как всегда, галантен; как только видит меня – выходит из машины и открывает дверь.
– Как прошел твой день? – спокойно спрашивает мужчина. Он всегда патологически спокоен и выдержан. Эмоций ноль. Хорошее качество для полковника.
– Нормально.
– Нормально – не хорошо. Что-то случилось?
– Ты случился, я хотела передышки, – отворачиваюсь к окну.
– И я тебе ее даю, и не нарушаю своих слов, Варя. Ужин придумал не я. Ида Павловна приехала, хочет всех видеть.
– Бабуля?! – настроение поднимается.
– Если бы ты отвечала на звонки отца, то узнала бы это раньше меня, – с укором отчитывает меня. Он вообще второй папочка. Характер такой же. Родион старше меня на двадцать лет, поэтому вполне мог бы быть отцом взрослой дочери. Только ему выбрали роль моего будущего мужа.
– Тогда мне нужно переодеться – бабуля любит, когда я в платье.
Родион кивает и сворачивает в сторону моего района.
Вылетаю из машины прежде, чем Родион успевает выйти и открыть мне дверь.
Дома надеваю длинное лавандовое платье с пышными воздушными рукавами, распускаю волосы – бабуле понравится. Немного духов, длинные серьги-нити, розовая помада, и я готова. Это все для бабули, а не для мужчин. Родион улыбается, когда видит меня такой, глаза загораются. А я глубоко вдыхаю.
