Девочка Эмина описывает юношу, который прибирается в суматошном доме своих родителей перед переездом. Вместе с ним мы видим разницу между жизнью городской и деревенской. Атмосфера книги наполнена тревогой и надеждой на новую жизнь за пределами обычной повседневности....
После моих слов она едва держится на ногах. Я уверен, алкоголь поможет ей расслабиться.
Мне приходится идти на попятную:
— Выпьешь и ляжешь спать.
Лишь тогда она подносит бокал к своим алым губам.
Сдержу свое слово или затащу в постель? В ее взгляде читается сомнение, и это правильно.
Я и сам сомневаюсь во всем, что затеял.
Потому что крышу сносит в два счета.
Я отдаю Диане спальню с балконом. Вид ей не понравился, но привыкнет. Ко всему привыкнет. Будет сопротивляться, придется ломать. Сразу. Еще зеленую нужно приучить, что меня нужно слушаться.
Запираю дверь в квартире, кладу ключи в карман и ухожу к себе. Завтра тяжелый день. Я бы сказал: судный.
Встреча с отцом.
Вот только сна нет ни в одном глазу. В своей голове я проигрывал этот сценарий тысячу раз, но оказался совершенно к нему не готов.
Диана в моем доме. Со мной рядом. Спит буквально за стенкой. Или ворочается без сна, взволнованно прислушиваясь к ночной тишине. К моим шагам.
Представляю, как она напугана."
"Только этот страх действует на меня совсем противоположным образом.
Я начинаю ее хотеть. Еще больше. До безумия, которое стало частью моей жизни, когда я впервые увидел ее.
Я приехал к ее отцу, а она нагло подсматривала за мной. А затем стушевалась, смущенно отвела взгляд и убежала к себе в комнату. После этого я видел ее еще десятки раз — наблюдал, тайно, но затянул меня в омут именно первый раз. Первая встреча.
С утра из постели меня выдергивает звонок.
— И долго ты будешь спать, сын?
Смотрю на часы.
Твою мать.
— Я ждал тебя вчера ночью.
— Мне казалось, что теперь твои ночи проходят иначе, — подстегиваю отца.
— Не перечь.
Отец недоволен.
Его обычное состояние.
— Скоро буду.
Натягиваю джинсы и футболку. Хватаю куртку, и когда я уже был готов вылететь за дверь, то вспомнил о ней. Резко затормозил, кидая взгляд в сторону ее спальни.
Я так и не понял, как мне нравится ее называть. Диана или просто моя девочка.
Она стоит в проеме и смотрит на меня исподлобья.
— Куда ты?
— По делам.
— А я?
Она выходит в коридор. Одетая, собранная. Давно не спит. Караулит меня.
Наверняка и дверь попробовала, и ключи уже поискала. Только незадача: первое запер, второе спрятал.
— А ты жди меня.
— Ты к нему? К Анархисту?
Я молчу. Да, я к своему отцу, но это не твое дело, девочка.
— Еда в холодильнике. Поешь. Вся одежда, что в твоей спальне, сшита для тебя.
