Он не отпустит мне грехи. За каждый спросит.
— Если бы хотел — он бы нас нашел.
Он знал, через кого это можно сделать. Моими новыми документами занимался Наум. Я даже не просила не сдавать меня мужу — бессмысленно. Он сдал бы. Просто Айдар ни разу не спросил.
— Может он тоже переживал за вашу безопасность… — Возможные оправдания Айдара с каждым разом звучат все менее убедительно. На этом я даже улыбаюсь. Правда ненадолго.
— Он знал, что я могу быть беременной, Лейла. Он не захотел дать мне шанс. Просто освободился.
Свернув беседу, скидываю. Даю себе полминуты на то, чтобы усмирить волнение, и снова отталкиваюсь от стены.
Говорю про себя: ты все сказала правильно, Айлин. Все чертовски правильно.
Если бы хотел — нашел. Свое решение приняла тогда не только я, но и он.
Моя беда, на самом деле, в одном. Он освободился, а я сделать это же так и не смогла.
Глава 3
Айлин
Это глупо, но я выдыхаю, когда наш с Сафие самолет отрывается от земли.
И уже в полете настроение снова портится.
Я — королева опрометчивых поступков.
Зачем было бежать? Зачем было портить ребенку отпуск? Я с перепугу лишила собственную дочь поездки в Гардаленд. И что предложу взамен? Сладкую вату и ржавых лебедей в местном парке нашего небольшого городка?
Смотрю на каштановую макушку дочки, которая болтает ногами на кресле рядом, листая книжку с картинками, и ругаю себя последними словами. Айдара тоже.
Наклоняюсь и целую в волосы. Делаю успокаивающий вдох. Когда Сафичка смотрит удивленно — улыбаюсь и говорю: «не отвлекайся», а сама бьюсь затылком о подголовник и закрываю глаза.
Скорее всего, я отреагировала слишком эмоционально и все мои резкие телодвижения — неоправданны. У страха и так глаза велики, а я еще и склонна раздувать.
Он мог не заметить сходство, кажущееся мне слишком явным. Он может элементарно не знать, как выглядят дети в три, и как в почти пять.
У Сафие он ничего такого не спрашивал, я несколько раз осторожно уточняла. Про кота. Про Пентагон. На руки и вжу-у-у-ух.
От этого, конечно, особенно плохо, горько и стыдно.
Она не слишком доверчива к людям. У нее нет примера близкого мужчины перед глазами. Она никому не разрешает касаться себя. Тем более, брать на руки. А тут…
Зов крови. Чертов зов крови, который делает из меня ужасного человека.
За время полета я принимаю решение, что закрывать ателье, отменять все заказы и срочно опять прятаться я не буду, но кое-чем все же попытаюсь нас с Сафие обезопасить.
Мобильный номер придется поменять.
