За то, что он вопреки всему, идет к своим целям. За воплощение мужественности, за нежность и страсть, за то, что я всегда знала, я за мужем, несмотря ни на что.
Он верил в меня, даже если я спотыкалась, поддерживал, не отмахивался купюрами, а всегда согревал объятиями и словами.
И он был согласен на это...
Сейчас же, он выставляет виновной меня…как будто совсем недавно не было наших сумасшедших ночей. Словно мы не признавались друг другу в любви сбитым шепотом. Не смеялись в выходные по утрам, когда Ариша пыталась стащить нас с кровати, а нам было так уютно и не хотелось обрывать то мгновение.
Нам было хорошо.
Нет, нам было невероятно хорошо.
Что случилось, почему он с такой уверенностью бросает мне эти слова…
Да, может быть до отпуска не так часто мы проживали те моменты из-за моей коллаборации с одним из дизайнеров… Однако, это же не повод бежать налево и засовывать свои конечности во все дыры.
— Дари… — слышу тихий голос Марата, который возвращает меня из глубин самоанализа.
Смотрю на него, не понимая, как…
Как можно было спустить двадцать лет в помойку.
— Нам обоим нужно время, чтобы утихли эмоции… — отпускает Арину, которая оставляет поцелуй на его щеке: — Но мы обсудим дальнейшие действия и все решим.
Последняя фраза звучит чересчур уверенно, а прищуренные глаза демонстрируют, что мужчина не сдастся.
Я знаю его и вижу невербальные знаки.
Если нужно будет, он начнет воевать.
С собой, со мной, с миром.
Ему плевать.
Такое уже было с его семьей, которая требовала отказаться от меня.
Поджимаю губы, вскидывая брови.
Арина тут же смотрит умоляющим взглядом.
Больше всего мне жаль ее, даже не себя…
— Хорошо. — сглатывая отвечаю.
Марат кивает, добавляя беззвучное спасибо.
А я, смотря в эти темные пронизывающие глаза, уже знаю, что как только сяду в зале ожидания, начну заполнять заявление на развод.
Суд в любом случае состоится, с одиннадцатилетним ребенком нас не разведут по щелчку.
Поэтому пусть уже начнется процесс.
— Идем, дочь. — посылаю в нее улыбку, наплевав на все эти разбросанные вещи и чемоданы: — Нам пора.
Он идет сзади, я чувствую.
Взгляд, шаги, аромат, даже, кажется, тепло его тела.
— Я прилечу за вами. — говорит он хрипло, когда мы выходим за порог номера.
Арина улыбается и кивает с блеском в глазах, я же не обращаю внимания.
— До встречи… — адресовывает, прожигая своим тяжелым взглядом.
Поворачиваюсь к нему едва заметно кивая.
