Родительская кухня на третьем этаже дома в Саммите, Нью-Джерси — вот где начинались почти все субботы ее жизни за последние тридцать один года. Риган привыкла залезать на перила и подглядывать в окно в ожидании начала нового дня. Но эта суббота была особенной: это последняя ее незамужняя суббота....
Он подобрал номер и, вихрем промчавшись по магазину и схватив по дороге газировку и хот-доги, поспешно расплатился с кассиром и понесся обратно к машине.
— Ты только взгляни на это! — едва переводя дыхание, прошипел он. — О наших платьях теперь знает вся страна. Черта с два мы теперь их продадим!
Марко отмахнулся от него, как от назойливой мухи:
— Успокойся. Я только что разговаривал со своим корешем в Вегасе. Он уже побывал у муниципалитета, где выстраиваются в очередь все эти голубки, которым не терпится официально оформить свои отношения.
Фрэнсис откусил кусок от своего хот-дога:
— Можно я позвоню с твоего мобильного? Я хочу проверить свои сообщения, а заодно узнать, не звонила ли Джойс.
Марко протянул ему телефон. Фрэнсис быстро набрал свой номер, затем секретный код и подождал.
— Фрэнсис! Обязательно мне перезвони! Я только что услышала по телевизору, что Джойс пропала и теперь ее разыскивает полиция. Что там у вас стряслось? Почему ты мне ничего не сказал! Да где ты, в конце концов?!
В чрезвычайной ситуации, когда надо выбирать — побег или схватка, Фрэнсис выбрал побег. Он открыл дверцу, выпрыгнул из машины и пустился бежать. Но травмированная нога помешала ему убежать далеко. Он повернулся и побрел обратно к машине.
— Я так понимаю, тебя расстроило последнее сообщение, — бесстрастно заметил Марко, в то время как Фрэнсис возился с ремнем безопасности.
— Моя мать слышала, как по телевизору передали, что Джойс пропала. По телевизору!
— Что? Уже?
— Да! Уже!
Марко на полной скорости вырулил с автозаправки. На его лбу выступил пот. Он крепко выругался.
— Чего? — удивленно переспросил Фрэнсис.
— Я оставил все свое барахло у нее дома.
— Не волнуйся, я пришлю тебе твои шмотки.
