Господи, это нечестно, что на меня, обманутую женщину, навалилось столько мерзости, будто вселенная намекает, что слезы из-за измен мужа — глупости. Это только вершина айсберга, и самое противное — это то, что я не смогу, просто не смогу ни с кем поделиться этим.
Как мне теперь смотреть в глаза свекрови? Я ни в чем не виновата, но ее муж хотел меня, и в нашем браке с Гордеем он мог быть очень близко ко мне.
А я ничего не подозревала.
Я, как восторженный щенок спаниеля, видела от свекра лишь заботу, отцовскую любовь и радость за сына, что он так удачно выбрал себе жену.
Вот тебе и Цветочек.
— Уже поздно, — в кабинет заглядывает моя мама. — Я думаю, что пора всем спать.
И никто не подозревал.
Чему я удивляюсь? Я же, например, не думала, что Гордей может мне изменять. Мои дети о таком не думали, наши родители, а на деле оказалось, что мой муж вполне способен на мерзости.
Весь в отца.
Удивительно. Один штрих, и все изменилось. Я теперь не хочу оплакивать свекра, который обратился из хорошего человека в тихого извращенца.
— У нас тут разговор не окончен, — Гордей пошатывается.
— Завтра поговорите, — мама тянет меня за руку. — День был сложным, а говорить надо на трезвую голову, Гордей.
—Ты что-то скрываешь, дорогая, — цедит сквозь зубы Гордей. Над бровью вздувается венка гнева. — Я тебя хорошо знаю, чтобы понять это.
?
Глава 19. Как же я ошибалась
— Что между вами происходит? — шепчет мама.
— Все, мам, спокойной ночи, — мягко толкаю ее к двери.
— Папа тоже ничего не говорит, — сердито отмахивается.
— Прекрати, Лиля.
— Он мне изменяет, — шиплю в ее лицо. — Вот что происходит. Изменяет с бывшей одноклассницей.
Мама недоуменно моргает, а затем прижимает к губам пальцы и опять моргает.
Отказывается верить.
Мы же такая красивая семья, а муж у меня — золотой мужик, хорошо воспитанный прекрасным отцом.
Разве Гордей мог?
— Господи, — мама сипит. — Может, ты ошибаешься?
— И все остальные разговоры потом, мам, — вновь подталкиваю ее к двери.
— Ляль… Ты не руби так все сразу…
— А я рублю? — приближаю свое лицо к ее.
— Я эти дни как в аду. Ничего я не рублю, но развод будет. Ясно? К черту эту семейку."
"— Алису точно удар хватит, Ляль… Она же…
Меня внутри передергивает от имени свекрови, перед которой я чувствую дикую нелогичную вину, стыд и страх, что будет с ней, если все вскроется.
Не хотела бы я узнать, что, например, Гордей хранит голые фотографии жены нашего сына Льва.
— Давай, мам, — мне все же удается вытолкнуть маму в коридор.
