В темном переулке неслышно выглядывает человек в шапочке. Лишь легкий ветер гоняет по улице мусор и тряпки, а на соседней крыше лист железа скрипит отлетев. Здесь никого нет — лишь тишина. Но цель есть: труп. Мужчина был крепким, сильным, мог бы даже выбить дверь ногой — но теперь это прошлое....
– Понял…
– И без дурачества! А то я и остальные заряды задействую! Зря, что ли мы тут два дня шарились? Да и ящики эти, будь они неладны, таскали туда-сюда.
Клиент пробует кивнуть, насколько это вообще возможно в его положении.
– Охрану свою пусть у забора оставит – и сам сюда топает. Его окликнут, искать никого не надо. И пусть не парится, его башка никому не интересна. Пока, разумеется, за неё кто-нибудь не заплатит.
Потом я сдёргиваю с клиента разгрузку и ощупываю карманы. В них никакого оружия нет.
– Теперь, – зловеще звучит мой шёпот, – можешь выползать из своей временной могилы. Медленно! И сразу топай быренько восвояси! И назад не смотри, а то увидишь… сам должен понимать, чего.
Минут десять он там кряхтит и ворочается. Потом над обломками мебели поднимается его испачканная чем-то белым рожа. Злодей оглядывается и спешно пробирается к выходу.
Теперь можно и его товарищей обшмонать.
Когда на пороге появился один из самых умелых боевиков, Фалин даже не сразу его узнал. Крепкий и решительный мужик сейчас выглядел, как какая-то странная пародия на себя самого. Порванная и запачканная одежда, следы крови на рукаве и на груди, весь помятый и скособоченный – он совсем не напоминал того крутого парня, который только недавно вышел из этой комнаты.
– Чегой-то с тобой стряслось? – удивился Мишка. – Да ты, это – садись!
И пододвинул ему стул.
– Эй, кто там есть! Медика сюда давайте, человеку хреново! – гаркнул главарь во всё горло.
Тимоха поморщился.
– Не так громко, башка и без того как чугунная, гудит всё…
– Это где ж тебя так-то?
– Этот… за кем посылали. Непростой хмырь оказался, да…
– А конкретнее? – нахмурился главарь.
– Дак… Мухтар след сразу взял, Митька вообще его еле сдерживал.
Мишка налил в стакан пива и протянул собеседнику. Тот залпом его опрокинул. Немного ожил и продолжил уже более уверенным голосом.
– Короче, забежали мы туда. Олежка крикнул, чтобы Петька Лысый у входа оставался. Смотрел ну и вообще там… А мы все внутрь побежали.
