Я прекрасно понимал, что это провокация, и спросил максимально равнодушным тоном:
— Какого ещё Гуинплена?
Будто тот действительно мог бы говорить про персонажа книги. На это Паук усмехнулся уголком губ, явно довольный моим мимолетным еле уловимым интерсом, и неторопливо повторил:
— Давайте я всё-таки войду и спокойно объясню.
Я на секунду задумался, понимая, что не впустить его сейчас будет странно и даже подозрительно. И этот Гуинплен-то, вот засада — сильно уж мне нужен. Так и быть, впущу Зыкина. Сделал шаг вбок, пропустил.
Паук зашёл внутрь, мягко прикрыв за собой дверь. Он тут же кинул цепкий, профессиональный взгляд по сторонам, привычно фиксируя все детали обстановки. Его глаза остановились на открытом шкафу, пустые полки которого выглядели слишком красноречиво. Потом он чуть задержал взгляд на полке для обуви в прихожей, где одиноко стояли мои кроссовки и пара туфель.
— Что, переезжаете куда-то, Максим Сергеевич? — спросил он как бы из любопытства, даже с лёгкой игривостью в голосе.
— Да нет, никто не переезжает, — ответил я так же ровно. — Соседка в отпуск уехала, вещи свои с собой забрала, женщины, сами знаете, любят с собой весь гардероб таскать.
Паук слабо кивнул, принимая мой ответ, но по глазам я понял — он мало поверил моим словам. Хотя виду не подал. Да и похер на него…
— Может, всё-таки присядем? — предложил он с той же безупречной вежливостью. — Нам есть что обсудить.
Я слегка помедлил, но всё же решил не доводить ситуацию до абсурда. Раз уж впустил, будем вести диалог:
— Конечно, проходите, Евгений Эдуардович.
Только хоромами похвастаться не смогу, сами понимаете, квартира съемная. Пойдёмте лучше на кухню, там и сядем.
Мы действительно прошли на кухню и уселись друг напротив друга за небольшой столик.
— Чай, кофе? — предложил я с легкой иронией, но тут же, не дожидаясь ответа, добавил: — Хотя нет, давайте сразу к делу. Что у вас ко мне? Слушаю.
Паук невозмутимо потёр переносицу, выдержал паузу и заговорил, внимательно глядя мне в глаза:"
"— Странное дело выходит, Максим Сергеевич.
Подозреваемый в убийстве блогера Харитонова, гражданин Кропоткин, его сосед, никак не сознаётся. И даже пришли результаты экспертиз, которые выдают серьёзные нестыковки в этом деле.
Я пожал плечами, стараясь не выдать никакой реакции:
— Бывает. Вы — следователь. Ваша работа эти несостыковки проверять и устранять. При чём тут я?
— А притом, — голос Паука стал чуть суше, — что вы выезжали на место происшествия.
