Темнота сгущается, словно рука небес скрывает последний луч света. Только здесь и сейчас ветер срывает с порога обрывки одежды - последнее свидетельство жителей. В глубине дома всё тихо как мертвец, лишь разбитые стекла да кусочки краски на полу доказывают присутствие чужой жизни....
Сейчас его дружки, — кивнул он в сторону Михалыча, — моих резать начнут. Зная его, я ничуть не обольщаюсь на эту тему. Сначала они их кончат, а потом вы меня пристрелите.
— А по делу? — наклонил голову Макс. — Яснее ты можешь выражаться?
— Я столько лет его искал, кровь между нами. А вы все меня возможности поквитаться с ним лишаете. Или страшно так?
— Ты за словами-то своими следи, — проворчал здоровяк. — А то ведь я и обидеться могу.
— К тебе вопросов нет. Нож мне верни. Да на пять минут в сторону отойди.
— Что скажешь, дед? — Макс повернулся к Медведю. — К тебе вопрос.
— Помню я его братца. Тот еще отморозок был. Его даже местный муфтий каким-то хитрым макаром проклял. Вот и пришлось мне за ним побегать. Больно уж резвый был. А этому гаврику в тот момент повезло. Молод он был. Да и не хотела местная власть совсем уж всех на ноль множить. Мол, зеленые пока, еще одумаются. Вот и дали мне команду на возврат.
— А вот как с тобой разберусь — так и наиграюсь!
— Смотри, командир, — повернулся Михалыч к Тягачу, — я в любой момент готов. Ежели, конечно, это вам не помешает.
— Ну, твои товарищи, как я понимаю, не сию секунду нападать собрались. Пять минут вам хватит?
— По самые уши.
— Отпустите парня, — повернулся здоровяк к бойцам, удерживающим Гюрзу.
Аслан осклабился.
— Мне и двух минут хватит. Слышь, старый, ты хоть помолись перед смертью.
Михалыч, не торопясь, поднялся, наклонился к столу, легко выдернул нож и повертел его в руках.
— Ничего, я уж как-нибудь и так обойдусь. А смерть — что ж, ее никому не миновать. Вечной жизни я что-то не встречал. Да и не слышал никогда про такие вещи.
По знаку командира бойцы отступили к стенам, освободив середину казармы. Оба противника неторопливо двинулись навстречу друг другу. Более молодой и подвижный Гюрза резким движением головы отбросил назад свои красивые черные волосы, чтобы не мешали. Чуть пригнувшись, он расставил руки в стороны и легким движением перебросил нож из одной руки в другую. Видно было, что этим оружием он владеет уверенно: нож словно летал вокруг его кисти.
