Было два часа пополудни, и Сьюзи сидела дома после еще одной долгой, но доставившей столько удовольствия смены. Ей понадобилось целых два кофейника крепкого кофе, чтобы продержаться всю ночь на ногах, и теперь не терпелось оказаться в постели. С самого понедельника ей не удавалось толком выспаться, нужно было выполнить столько поручений… К тому же большую часть свободного времени приходилось проводить в ее новом доме. Но теперь она заснет как младенец.
Занавески в ее маленькой квартирке, как всегда, были плотно задернуты.
Если их раздвинуть, то откроется постылый вид на высокую ограду исправительного центра Лонг-Бэй с колючей проволокой поверху, который располагался прямо за дверями комплекса съемных квартир, где она жила. Плотно зашторенные гардины помогали ей обмануть свой организм и заставить его спать днем.
Сьюзи без энтузиазма окинула взглядом свое скромное жилище. Птичка молчала, ее клетка в центре комнаты была завешена темной тканью, выполнявшей ту же роль, что и плотные занавески на окнах. На кухонном столе в вазочке бессильно обвисли несколько маргариток, их давно пора было выбросить.
Ее форма тюремного охранника небрежно свисала со спинки стула. Сьюзи никогда не была аккуратисткой и совсем не отличалась домовитостью, но сейчас это убогая нора казалась ей недостойной такой замечательной леди, как она. Единственная мрачная комната с разобранной постелью и кухонькой, устроенной в углу, выглядела унылой и вызывала чувство, похожее на клаустрофобию. Ей никогда не нравилось возвращаться домой.
Это просто конура, где спят и едят. Но очень скоро у нее появится другое пристанище, намного лучше. Эта мысль согрела ей сердце.
Несмотря на маленький обогреватель, гнавший теплый воздух к ее ногам, скудно обставленная комната оставалась холодной, и Сьюзи застегнула пижаму до самого подбородка. Она выдавила из себя слабую улыбку. Мысли грели ее куда сильнее, чем обогреватель.
Эд."
"Сьюзи имела более чем десятилетний опыт работы в системе исправительных учреждений и медленно, но верно прокладывала себе путь к вершине «пищевой цепочки».
Здесь женщинам приходилось работать вдвое упорнее. Значит, нужно быть вдвое сильнее. И вот наконец Сьюзи, пробивавшейся в жизни с присущей ей энергией и целеустремленностью, удалось ухватить свой кусочек счастья.
Эдвард А. Браун.
Разговоры с ним приятно волновали, особенно те беседы, что они вели во время ее последних дежурств. Она с энтузиазмом относилась к их общим планам. Эд оказался необычным человеком.
