Что ж все в одну кучу сваливается. Побиться головой о руль что ли? Вряд ли поможет.
— Стас, не кипиши, — стараюсь говорить ровно, чтобы не сагрить еще сильнее. — Сейчас приеду и принесу."
"— Пока ты приедешь, Заболотный меня уже раком выдерет. А я тебя! — рявкает так, что в ушах звенит.
— Еду я уже, — вру и не краснею. — Полчаса и на месте.
Сбрасывает. По всей видимости, начальство сильно в ярости. Ничем хорошим такие финты обычно не заканчивается. Хотя это обычное его состояние. Вот раньше, при Ирине Сергеевне не было такого беспредела.
С теплотой вспоминаю правление нашей императрицы. Захватил ее злой тролль в плен и стала она троллихой.
Представляю картинки из «Шрека» и ржу, как идиот сам над собой. Но не долго. Пробка на кольце. Погорячился я, конечно, со временем. Пиздец встрял. Может сразу в морг?
Глава 3. Иванна
Не успеваю соскочить с байка, как на меня налетает известная всему дому и, к моему личному несчастью, живущая со мной на одной лестничной клетке, баба Зина. С поджатыми в полоску губами, острым, бегающим взглядом, укутанная в платок, чуть сутулая бабуля упирает руки в бока, выпячивает грудь и надвигается на меня, прижимая обратно к мотоциклу.
— Сколько же можно?! — трясёт костлявым кулаком у меня перед лицом. Отклоняюсь, чтобы и правда не зацепила. — Твоя бестолковая псина опять скулит и воет на весь дом!
— Он просто скучает, — пытаюсь оправдать своего стаффа. — Маленький же еще.
— Видела я, какой он маленький! Чуть моего Барсика до сердечного приступа не довёл.
Бедный котик. Пришлось давать ему валерьянку. Приструни своего уродца, иначе…
— Что? — склонив голову к плечу, зло смотрю на соседку. — Отравите?
— Заявлю на тебя! Поняла? Куда следует, заявлю, — снова трясёт своим кулаком у меня перед лицом.
Раздраженно закатив глаза, делаю шаг вперед, вставая вплотную к бабке.
— Пропустите.
Она вновь поджимает губы, недовольно сопит, но отходит в сторону. Достала! Вот реально весь дом достала. Участковый уже не знает, куда от неё прятаться.
И это баб Зина еще не знает, что я работаю в органах. Не афиширую свою деятельность от греха подальше. Как в том анекдоте — пусть лучше проституткой считают…
Поднимаюсь в квартиру. Тагги и правда жалобно поскуливает под дверью и стучит об нее лапой. Открываю, щенок в голове, но уже мощный пёс внешне, радостно виляя хвостом, запрыгивает на меня.
— Тагир, фу! — смеюсь я.
Единственный мужчина, который не вызывает у меня ужаса или раздражения. Ему я могу улыбаться.
