То же он проделал с другой рукой, полностью отделив ладони от кистей. Затем Артур уселся на ягодицы лежащего юноши, разорвал на его спине свитер. В свете трепетавших свечей он нащупал ложбинку в позвоночнике и место, где он соединяется с ребром. Удар по стамеске, и они разошлись. Дальше дело пошло быстрее. Тук-тук-тук. Вниз, вдоль хребта, затем все точно так же, только с другой стороны. В сдвоенной ране пузырилась бордовая жижа. Артур подцепил торчащие концы ребер, потянул половинки грудной клетки на себя и в стороны.
Антон то терял сознание, то снова приходил в себя. Он уже не кричал, только хрипел. Конечно, трудно орать, когда ребра оторваны. Артур порылся в теплой склизкой массе и нашел легкие, потянул на себя.
– Смотри! – закричал он торжествующе. – Это… все для тебя!!!
Легкие дергались и пульсировали, а Антон в это время безмолвно чернел, потом веки его закрылись, и он, вздохнув, умер.
Артур наклонился над девушкой. Ему показалось, что Ее рука шевельнулась… Господи, неужели получилось?! Но останавливаться на достигнутом нельзя!
Он скинул с себя куртку, намочил ее спиртом из фляжки и поджег.
Когда она достаточно разгорелась, он осторожно поднес ее к замороженному телу. Между тем Ее кожа стала блекнуть, покрываясь мельчайшей сеточкой трещин, и Артур заволновался. Это не входило в его планы. Он схватил плоскогубцы и ухватился ими за нижнюю губу.
– Я люлю ибя! – завопил он и рванул вниз. Кожа с треском лопнула, обнажая кровоточащие десны, оторванная губа с куском мяса повисла на подбородке, как оторванный клок обоев.
Волосы девушки медленно оттаивали, становясь мокрыми. Широкая улыбка заиграла на окровавленном лице Артура, и он склонился над Ней, убирая с лица волосы…
Дильс крикнул, чтобы Тима не отставал. Тима сказал ему, чтобы он перестал командовать, у них давно все равны.
Хъяц’нигунни. Вот что единственное здесь имеет значение. Бессмертная богиня во льдах, капсула времени. Только бы успеть, пока Артур не начал делать то, о чем они с Дильсом даже боялись говорить вслух…
Дильс полз впереди, и Тима заметил, что за поясом у него коса Златы.
Она волочилась за ним следом, как мертвая змея.
– Дильс, ты когда-нибудь изменял Злате? – спросил Тима.
– Что ты вкладываешь в понятие измены?
– Ну ты трахался с кем-то еще?
– Да, – незамедлительно последовал ответ.
– Значит, изменял, – с каким-то злорадством проговорил Тима.
– Ну, – сказал Дильс. – Это было всего один раз. В Кении, девять лет назад, я был участником одной научной экспедиции.
