Мне довелось наблюдать охоту на слонов. Туземцы загнали одного в яму, и он пропорол себе брюхо кольями. Вечером было пиршество, меня напоили отваром из какого-то лягушачьего дерьма. А утром я проснулся с одной чернокожей бабой. Шоколадка, ничего не скажешь.
– Злата узнала об этом?
– Да, – безмятежно ответил Дильс. – Я рассказал ей об этом сразу после экспедиции.
– И она не ушла от тебя? – не поверил Тима.
– Она просто спросила, что я чувствовал, когда входил в эту африканку.
– А ты?
– А я сказал, что представлял себе ее лицо.
Тима не смог сдержать улыбку.
– Это правда?
Дильс вздохнул.
– Не помню. После этой вонючей настойки у меня башка трещала еще неделю и была похожа на кастрюлю, в которой дрались изголодавшиеся крысы.
Тима молчал, затрудняясь понять его логику. А что же тогда считать изменой?
Дильс будто понял, о чем он думает, и даже остановился:"
"– Запомни одну вещь, Тимофей. Любой нормальный мужчина может подвергнуться искушению и сделать это, мучимый вопросом: «Как там с другими?» И в большинстве случаев после этого он возвращается к жене, стараясь забыть о грехе.
ПОСТОЯННО ДУМАТЬ О ДРУГОЙ, вот что я называю изменой. Духовная измена намного опаснее физической. Я безумно любил Злату, и она знала об этом. Поэтому она и простила мне тот мерзкий случай. Впрочем, это все не имеет значения. Я мог ублажать баб, но я не мог сделать Злату по-настоящему счастливой. Своих детей у нас не было. А Костя и Артур… я тоже не смог дать того, чего они хотели.
Они оказались в пещере.
Воздух превращался в густой сироп, атомы кислорода и углекислого газа стали такими липкими, что приклеивались к коже. Белый дымок, который вился из трещин на стенке, стал грязно-серого цвета.
Прежде чем лезть в до боли знакомый лаз, Дильс достал нож.
– Конечно, это не гаубица. И против этой стервы с какой-то неизведанной планеты вряд ли поможет. Но на пожаре и хер водопровод, – сказал Дильс.
Коса Златы, уже порядком замусоленная, качнулась, полностью соглашаясь с ним.
– Ты не боишься, Тимофей? – просипел Дильс.
– У тебя хорошее, настоящее мужское имя. Уверен, что для тебя уже все позади?
Помедлив, Тима сказал:
– Мне уже все равно.
Дильс кивнул, словно и не ждал другого ответа.
Они сразу поняли, что в пещере чего-то недостает. Золотистые трещинки в стенах и потолках потемнели, будто погасли, и из них вылезала густая масса болотного цвета. Из лаза, где, судя по всему, был Артур, шел дым. Они бросились туда и кубарем скатились вниз.
