Я звоню маме и зажмуриваю глаза от радости, когда она отвечает сразу же после второго гудка. С беспокойством спрашивает, что случилось, словно чувствует, что со мной не все в порядке.
Я рассказываю ей обо всем, и так быстро, как только могу. О том, что происходило между Ником и мной раньше, и что происходит сейчас.
— Лена, я выезжаю немедленно! Вызывай полицию, дочка! Пусти меня, Марк, слышишь! Твой сын сошел с ума! — я слышу, как она требует выпустить ее из дома, а отчим запрещает звонить копам. Как обещает тотчас же сам дозвониться сыну… и разговор прерывается.
Но ведь они приедут? Они обязательно приедут! Иначе… мне страшно подумать, что меня ожидает.
Стук не прекращается, и дверь начинает поддаваться ударам.
— Уходи, Ник! — не выдержав, я все-таки выкрикиваю. — Сейчас приедут родители, я все им рассказала! Уходи, ты меня пугаешь!
— А ты всё уничтожила… Я хотел, как лучше! Но мне давно следовало сделать то, что сделал с тобой Райт. Все вы грязные шлюхи!
Больше ждать нельзя. Мне жалко родителей, нас всех ждет некрасивый скандал, но я решительно беру сотовый, чтобы набрать «911» и вызвать помощь, когда слышу вдруг громкий звук приближающейся сирены, донесшийся в комнату с улицы.
Он раздается словно в ответ на мои мольбы, и вместе с ним стук в дверь прекращается. Оглянувшись, я бросаюсь к окну и отдергиваю жалюзи, чтобы увидеть машину бригады скорой помощи, остановившуюся у дома напротив.
Что? О, нет. Только не к Райтам! Только не к ним!
Я стою и смотрю во все глаза, не понимая, что происходит!
Николас тоже замечает сирену.
Он прекращает стучать, и я слышу его удаляющиеся шаги, как он уходит к лестнице и спускается вниз, оставляя за дверью тишину. Зато в доме напротив внезапно ярко вспыхивает свет и заметно движение.
Медики суетятся, выносят носилки, но часть обзора занимает светлый фургон, и мне не удается рассмотреть, кто на них лежит. Неужели мистер Райт?.. Последнее время он был очень подавлен смертью жены и много пил. Я слышала от соседей, что это добром не кончится…
Господи, пусть все будет хорошо! Пожалей эту семью, пожалуйста!
Я снова звоню маме, но номер уже недоступен.
Мне не хочется думать, что это дело рук Марка. Что он помешает маме приехать. Нет, я не верю. Я знаю Адели, если дело касается меня, ее ничто не остановит! Она не останется в стороне!
Сразу под моим окном гладкая стена дома, и на секунду в голове мелькает мысль спрыгнуть вниз — ведь как-то же сюда забрался Картер.
