Он приземлился в Москве вечером среды. Увидев знакомого водителя и давнего друга Эдгара Вейдеманиса, Дронго понял, что они чем-то схожи — как два льва в плену одного невероятного мира. После распада СССР бывший советский разведчик чувствовал себя чужим на земле.
– Все правильно, – прошептал Погосов, с трудом выговаривая слова, – все… так… должно быть… – Он поманил пальцем Дронго, чтобы тот наклонился к нему. – Это… наказание… – прошептал уже умирающий Ашот Борисович, – за… Вострякова… Бог… Он все-таки… есть.
Погосов закрыл глаза и уронил голову. Он был мертв.
Глава 16
Автомобиль, в котором сидел убийца, остановился прямо перед зданием компании. Возможно, набрав скорость, он сумел бы уйти от преследования, ведь все сотрудники Суровцева были в состоянии шока, не понимая, что происходит.
– Я думал, что они стреляют в тебя, – признался, тяжело дыша, Вейдеманис.
Погосов лежал, откинув голову назад. Суровцев только взглянул на него и сразу все понял.
– Достаньте этого молодчика, – приказал он, показывая на тяжело раненного убийцу. Пистолет с глушителем, из которого тот стрелял, отлетел далеко в сторону. Киллер был весь в крови, при ударе он сильно повредил голову и тихо стонал. Его с трудом вытащили из смятой машины.
– Кто? – спросил Суровцев, наклоняясь к убийце. – Кто тебя послал?
По лицу, залитому кровью, узнать этого человека было невозможно. Не оставалось сомнений, что он получил очень тяжелое ранение.
– Кто тебе приказал? – крикнул Суровцев, стоя над убийцей.
Тот пошевелил губами, но явно ничего не мог произнести и только хрипел.
– Скажи – кто? – не выдержал Матвей Константинович, поднимая несчастного двумя руками. Тот явно терял сознание.
– Оставьте, – строго сказал Дронго, – вы видите, в каком он состоянии. Он вам сейчас все равно ничего не скажет. Я думаю, что вашим сотрудникам нужно проверить документы этих парней. Сейчас приедет милиция, и вы не успеете ничего сделать.
