Просто работайте от души и получайте удовольствие.
Передо мной выступала восьмилетняя Маша, старательно отрабатывая свою программу под зажигательную песню «Валенки». А я, стоя возле ширмы наготове, пробежалась глазами по трибунам, стараясь отыскать знакомые лица. Вот Тата, сияя глазами-блюдцами, помахала мне. Но Матвея рядом с ней я не увидела. Борясь с накатывающим волнением (да где же он?), задержав дыхание, я заскользила взглядом по лицам медленнее, всматривалась и облегчённо выдохнула, найдя нужное. Матвей стоял на паркете почти у самого края ковра по диагонали от меня.
Заметив, что я его увидела, отсалютовал мне фотоаппаратом.
– На ковёр приглашается мастер спорта по художественной гимнастике Ксения Керн!"
"Я подула на ладони, сильнее прижала правым предплечьем к телу мяч. Краем глаза заметила, как Матвей вскинул фотоаппарат к лицу. Стала в точку, обратный отсчёт, музыка. Никогда ещё я не чувствовала в своём теле такой лёгкости. Не было судей, соперниц, зато был он. Тот, для кого я хочу быть лучшей, в чьих глазах хочу видеть восхищение.
И шпагат в прыжке получался с бо́льшим провисом, и планше[7] крутилось чище, и равновесие я держала увереннее. Мяч, как на верёвочке, после бросков возвращался точно на кончики пальцев, аккуратно, словно сам боялся упасть, скользил по спине, плечам, рукам. В каждой точке ковра я старалась поймать взгляд Матвея, пусть и через объектив фотоаппарата. Хотела, чтобы он понял и оценил, сколько усилий, часов я потратила на то, чтобы сейчас с лёгкостью выполнять наисложнейшие элементы, не вняв предложению тренера заменить их для показательного выступления на более простые.
Я замерла вместе с последним звуком музыки, и зал взорвался аплодисментами.
За ширмой на меня налетели Насти.
– Сенька, ты – чудо! – почти кричала мне в ухо Попова.
– Дай потискать! – тянулась к моим щекам Вашура.
Мы хохочущей троицей вывалились в коридор перед раздевалкой, и я буквально носом встряла в огромный букет белых пионовых роз. Всё ещё улыбаясь, машинально протянула руки к цветам под дружное улюлюканье девчонок, но резко отдёрнула их, когда увидела, чьё лицо скрывалось за букетом.
– Ты была великолепна! – Зиберт стоял передо мной как ни в чём не бывало.
Улыбка сползла с моего лица. Что за шоу он решил устроить на этот раз?
– Сеня, это то, о чём я думаю? – многозначительно играя бровями, спросила Попова.
– Лицо этого молодого человека кажется мне знакомым… – Вашура не скромничала и откровенно рассматривала Фила.
