Дарина сидела в столовке и пыталась сосредоточиться на чашке горячего кофе, но не могла устоять перед подачей изысканных деликатесов. Как же ей хотелось пробовать каждое блюдо! Вот и сервировка заставила её поцеловать гладкую поверхность чашки, оставленную случайным прохожим. В такой неформальной атмосфере завтрака можно было прозевать часы, забыв о времени....
Дарина кончила с протяжным стоном. Подкинула бедра в последний раз и упала, обмякнув, на подушки. И только тогда он понял, как у него стоит! Взобрался на нее, вошел в пульсирующее лоно, чтобы кончить самому тут же.
Эпилог
– Сядь, Родик. Не мельтеши, сколько можно?!
– Я же просил! Не называй меня этой дурацкой кличкой! – Мурадов остановился посреди коридорчика. Сунул руки в карманы брюк. Изрядно помятых, потому что сидели они тут и впрямь целую вечность.
– Я не виновата, что тебя так зовут. Более дурацкого имени и представить сложно.
– О, да ладно! И это мне говоришь ты? Ты, которая всерьез хотела назвать сына Валерой?
– А что? Мне понравилось значение этого имени.
– И что же оно означает? – скривился Мурадов.
– Быть сильным, здоровым, – зевнула Бэлла. – По-моему, очень даже неплохо. Чего еще для ребенка желать?
– И все же, я надеюсь, ты передумаешь.
Бэлла усмехнулась. Откинула голову на выкрашенную приятным молочным цветом стену и устало прикрыла глаза.
– Все может быть, – не стала спорить.
Мурадов кивнул. Остервенело растер ладонями лицо и проморгался, глядя на лампочку."
"– Все хотел спросить, почему ты решила родить именно мальчика?
– А что здесь такого?
– Ну, я всегда думал, что женщины в основном хотят дочь. Нет?
– Господи, Мурадов, ты забыл, в каком бизнесе я варилась? Нет… Нет, кто угодно, но только не девочка. Не в нашем патриархальном обществе. Никогда. Я… – Белла осеклась, удивившись своей запальчивости.
– Терпеть не могу эту кличку!
Бэлла усмехнулась:
– У тебя какая-то нездоровая ненависть к именам.
– Мою жену зовут Дарина.
– Что не мешает ей быть девочкой Шанель. Все ж наметанный у меня глаз, а Мурадов?
– Отвали.
