В Воркуте живет тяжело пожилая женщина с гитарой, и без нее жизнь кажется совсем несвежей. Сегодняшний день начался на «ура», но уже через несколько минут выходит из строя мобильник, а потом брелок сигнализации — и в кармане раздается сигнал тревоги.
"
"Сначала он прижимал ее к себе плотно, упиваясь прикосновением ее кожи, тем, как вжимаются ее груди в его грудь. Но потом, в какой-то момент этот плотный контакт стал мешать. Хотелось другого, хотелось иначе. Место для маневра, ему нужно место для маневра.
— Прижмись сильнее спиной.
Она часто закивала, вжимаясь лопатками в бетон. Гоша одной рукой перехватил ее за ягодицы, другой раскрытой ладонью уперся в стену. Черт, шершавая. Бедная Иркина спина.
По хрен. Потом разберется. Зато теперь можно двигаться совсем иначе.
Ирины бедра плотно охватывали его, он придерживал ее за попу, а ее лопатки плотно прижимались к шершавому бетону. Акробаты хреновы. Гошка не предполагал, что на такое способен. А оказался способен, да еще как. И вот прямо сейчас кажется, что он так, в таком положении, в таком ритме способен двигаться долго, бесконечно долго. И смотреть, как мечется из стороны в сторону ее голова. Слышать, как часто и надсадно она дышит. Эх, жаль, что руки заняты.
Дождался.
А потом они сползли прямо на пол крыши. Под ними оказался неожиданно теплый и мягкий рубероид.
Теперь уже Гоша прижался спиной к блоку выхода на крышу, устроив Иру между своих согнутых в коленях ног и обхватив девушку руками. Она легла щекой на его бицепс.
— У меня даже в шестнадцать таких приключений не было, — уравнивая все еще сбитое дыхание, выдохнул Георгий.
— У меня тоже, — тихо ответила Ира. — Помнишь, был такой мультик — «Великолепный Гоша».
— Ты триста восемнадцатая.
— Из списка твоих баб?
— Из тех, кто вспоминает мне этот мультик.
— А среди баб?
— Не считал. Давай, пойдем в квартиру?
Она кивнула, подождала, пока он встанет, поправит белье и брюки и подаст ей руку. А потом они оглянулись и выяснилось…
***— Вон он, на дереве!
Гошка не мог уже сдерживать смех.
Ира обернулась и сверкнула на него глазами.
— Смешно тебе?! Конечно, это же не твой лифчик сдуло с крыши!
— Открою тебе страшную тайну — я в принципе не ношу лифчиков, — хохотнул Гоша.
Это было правдой.
Наверное, пока они, совершенно ничего не видя и не слыша, наслаждались друг другом, налетел порыв ветра. Другого объяснения не было. Гоша обошел всю крышу, но рубашка так и не нашлась. На деревьях под домом ее тоже не обнаружилось. Ну и черт с ней.
