В Воркуте живет тяжело пожилая женщина с гитарой, и без нее жизнь кажется совсем несвежей. Сегодняшний день начался на «ура», но уже через несколько минут выходит из строя мобильник, а потом брелок сигнализации — и в кармане раздается сигнал тревоги.
— Где там твои развратные планы, Великолепный?
— Ты куда-то торопишься?
— Ага, — Ирина демонстративно зевнула. — Вставать завтра же рано."
"— Сожалею, — Гоша наклонился к ней. Глаза ее — просто гипноз для него. — Но уснешь ты не скоро.
И чтобы пресечь ненужный сейчас спор — поцеловал. И ровно в этот же момент его пальцы легли на женскую щиколотку.
Гоша не спеша и с чувством целовал женские губы — и ему охотно и жарко отвечали. А его пальцы гладили тонкие изящные женские щиколотки, поднимаясь выше, к коленям.
С конкретной развратной целью. Пальцы раздвигают, проверяют, размазывают тягучий мед женского возбуждения.
***Про презерватив он снова вспомнил — и тут же отмахнулся от этой мысли. Смысл уже? Он от нее такой сладкой после оргазма, сейчас на миллиметр оторваться не в состоянии.
— Ириш-ш-шка… — с этим тихим шелестом он вошел в ее тело.
Вместо ответа его лишь сильнее сжали женские бедра. А на кровати все-таки лучше, ей-богу…
***— Ты ободрала спину.
— Да? — сонно отозвалась Ира.
— Ага. Перевернись на живот.
Ирина послушно перевернулась на живот — а до этого она лежала на боку, пока Гошка сбито дышал ей в шею. А потом отдышался — и увидел бордовые ссадины на узкой спине. Вот же умудрились…
Он встал, достал из шкафа чистое белье, натянул и отправился в ванну, производить розыски в аптечке.
Гоша вернулся, сел на кровать, как мог, аккуратно и стараясь сильно не давить, намазал ссадины мазью.
— Ты полежи так немного, ладно? Чтобы мазь впиталась. А потом я тебя одеялом накрою.
— Ой, делай, что хочешь, — совсем сонно и неразборчиво отозвалась Ира.
