В Воркуте живет тяжело пожилая женщина с гитарой, и без нее жизнь кажется совсем несвежей. Сегодняшний день начался на «ура», но уже через несколько минут выходит из строя мобильник, а потом брелок сигнализации — и в кармане раздается сигнал тревоги.
Заперев дверь, Ира полетела по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Хотя торопиться было уже бессмысленно, она все равно торопилась.
***— А еще боремся за звание дома высокой культуры быта… — жилец со второго этажа стоял под березой и разглядывал деталь дамского туалета, весело трепыхавшуюся на ветру. Его йорк бодро удобрял березу снизу. — Вот, полюбуйтесь, Ираида Павловна, — он обернулся на Ирины шаги. — Какое безобразие! Хорошо, как говорится, что не презервативы. Хотя, кто их знает. Фу, Самсон, фу! Что ты там нюхаешь, фу!
— Не переживайте, — едва сдерживая нервный смех, успокоила жильца Ира.
— Ну почему же безобразие? — мужчина задрал голову и снова принялся созерцать пейзаж с березкой. — Вообще-то, кажется, симпатичный. Кружевной.
Ира лишь пожала плечами. Ну а что, не скажешь же «Спасибо за комплимент»? А жилец со второго этажа снова обернулся к Ире — и вдруг посмотрел на нее каким-то новым, словно изучающим взглядом.
— Ираида Пална, голубушка, вы сегодня какая-то необычная…
— Да вы меня просто обычно в форменной одежде видите, — попыталась отшутиться Ира. А жилец со второго этажа теперь уже совершенно явно впился в нее взглядом.
— Да какая вы Ираида Павловна! — он упер руки в боки. — Ирочка — вот вы кто! Мне по-стариковски так можно называть!
Стариком он себя называл, явно напрашиваясь на то, что с ним начнут спорить.
— Может называть, если хотите, — Ира начала пятиться. — Пойду я, Виктор Петрович, работать надо.
Ира повернулась и пошла к подъезду, чувствуя спиной и тем, что ниже, совсем не пенсионерский взгляд. А когда открыла дверь подъезда, услышала:
— Фу, Самсон, фу! Что ты там нашел?!
Прежде, чем скрыться в подъезде, она все же обернулась.
2
— Гоша, ты так вывихнешь челюсть.
— Прости, — он снова безуспешно попытался замаскировать рукой сладкий зевок. — Нет, Ян, я тебя очень внимательно слушаю, честно.
— А по-моему, ты спишь с открытыми глазами.
— Неправда. Я тебя услышал.
— Терпеть не могу это твое «я тебя услышал», — Яна раздраженно принялась собирать разбросанные листы с расчетами.
