– Я хочу сказать… хочу сказать, что не знаю, где золото. Думал, что знаю, но оказалось, что нет. Поверь, я ужасно разочарован.
– Мне очень жаль это слышать.
– Золота здесь просто нет, и я не знаю, где еще его искать. Это правда. И вот что я думаю. Мы ничего не знаем о вас, и почему бы вам просто не оставить нас здесь и не раствориться в ночи? Мы никогда больше вас не увидим. Вы никогда не увидите нас. Мы никому не скажем ни слова. Ни о чем. Даже о Скотте. Сделаем вид, что этого просто не было.
– Он прав. – Джун вытерла слезы. – Нам с Эмметом ничего не надо, кроме как вернуться домой и все забыть. Мне очень жаль, что вы не нашли то, за чем пришли, но раз уж так случилось, почему нельзя просто взять и остановиться? Вы носите маски, а значит, как я понимаю, пришли сюда не для того, чтобы чинить насилие.
– Да, Айзея, мы могли бы просто уйти, – поддержал ее Джеррод. – Скотт и Лоренс знают обо мне больше, чем о любом из вас, но я готов уйти.
– Смотрите! – подхватил профессор. – Мы переночуем сегодня в особняке Пакера и дадим вам шанс спокойно уйти. Повторяю, все будет выглядеть так, будто ничего и не было.
– Стю, ты готов бросить на чашу весов собственное мнение? – спросил Айзея, рассматривая снег под ногами.
– Я с тобой, приятель. Что бы ты ни задумал, я с тобой, – отозвался его подельник.
Айзея кивнул, а потом повернулся, посмотрел на Эбигейл и Тозеров, которые стояли вместе на восточной стороне веранды, подошел к ним и остановился перед Эмметом.
– Я не расслышал, как тебя зовут.
– Не против, если я буду называть тебя Эм?
– Конечно, нет. Джун все время так меня и зовет.
– Хорошо, Эм. – Айзея указал на Лоренса. – За все скажешь спасибо вон тому говнюку.
Он поднял пистолет, и на лбу Тозера, между его расширившимися от ужаса глазами, появилась красная точка.
– Нет! – вскрикнула Джун. – Он же ни в чем не виноват!!!
«Глок» негромко чихнул, выбросив вспышку огня, и затылок Эммета взорвался. Тозер упал на колени и завалился на бок. В тусклом свете кровь напоминала черное, разлившееся по снегу масло.
Миссис Тозер бросилась на тело мужа, выкрикивая его имя.
– Ну что, жадная тварь, теперь ты доволен? – крикнул, обращаясь к Лоренсу, Айзея. Фостер бессильно опустилась на снег. Голос бандита и завывания Джун едва пробивались сквозь ветер.
– Эм! Эм, вернись!!! Не смей уходить! – плакала миссис Тозер.
– Знаешь, что будет дальше? – орал Айзея в лицо Кендалу, отступившему в угол веранды, за люком.
