В подземном переходе города мелькали редкие имена розовых, лиловых и фиолетовых цветов. Андрей Сабуров остановился, пораженный необычностью этого места в середине зимы — в десятки тюльпанов заменила обычные сногсшибательно-красочные букетики. А вокруг — мир безмятежный и застывший, словно заколдованный ледяной яркостью светодиодов метро....
Гигла!
— Скажу!! В той комнате, где я прятался! — Он кивнул на дверь, не ту, которая в коридор вела, а другую, в противоположном конце комнаты, рядом с диваном, на котором он сейчас сидел.
— Показывай, — приказал Скат.
За дверью оказалась маленькая комнатушка. Пол в ней был устлан спальными мешками, на невысоком столике стояла рация.
— Ты здесь и сидел, пока нас допрашивали? — спросил Скат.
— Да.
— А почему не участвовал?
Бадра молчал.
— Нет, правда, почему?
— Стыдно ему было, наверное, — сказал Барцыц. И, судя по тому, как дернулся Бадра, угадал.
— А потом, когда мы из комнаты ушли, ты попытался смыться, — на этот раз Скат не спрашивал, а словно просто разговаривал сам с собой. — Непонятно только, почему ты сразу, как мы вышли, не удрал. А, понятно! Не был уверен, что ушли, боялся, что кто-то остался в комнате. Выждал, наконец решил, что мы окончательно ушли, тогда и попытался слинять. А мы как раз в этот момент из подвала поднялись. Все ясно.
— Скат, да какая нам разница, что он думал, почему не удрал, — перебил командира Левша.
— Только осторожнее, вдруг она заминирована, — отозвался Скат.
— Не учи ученого. — Левша присел на корточки рядом со столом, на котором рация стояла, стал ее внимательно рассматривать. А Скат снова повернулся к Бадре.
— Так, показывай, где взрывчатка.
Абхаз немного помедлил, но потом все-таки шагнул в угол комнаты, показал на какую-то кучу тряпья.
— Здесь.
— Отойди-ка, — скомандовал Скат.
"Гигла и Скат со всеми положенными предосторожностями разворошили тряпье. Под ним оказался старый сундук. А в нем было четыре ящика — три с продолговатыми брусками, похожими на светлое хозяйственное мыло или на парафин. А в четвертом провода, какие-то черные коробочки, в общем, это явно были вспомогательные материалы, необходимые, чтобы превратить взрывчатку в бомбу, которую можно подорвать с дистанции.
— Минировать тоннель ты должен был? — не отрывая глаз от взрывчатки, спросил Скат.
— Да… — отозвался абхаз.
— Сегодня ночью?
— Да. И подрывать тоже.
— Правильно Светка сомневалась, что в один день взрывчатку заложили, а в другой подорвать собираются, — заметил Левша.
— Да. Правильно, — жестяным каким-то голосом, совершенно без выражения, ответил Скат.
— А если бы мы на слово не поверили, что в тоннеле взрывчатка? — спросил Левша. — Если бы захотели сами посмотреть?
— А там лежит взрывчатка, — ответил Бадра.
