В подземном переходе города мелькали редкие имена розовых, лиловых и фиолетовых цветов. Андрей Сабуров остановился, пораженный необычностью этого места в середине зимы — в десятки тюльпанов заменила обычные сногсшибательно-красочные букетики. А вокруг — мир безмятежный и застывший, словно заколдованный ледяной яркостью светодиодов метро....
Видимо, их командир сообразил, что обороняющиеся экономят ракеты, а значит, самый удачный момент для атаки наступает через несколько секунд после того, как очередная погаснет — хоть минута до запуска следующей пройдет. Но на этот раз следующая взлетела через считаные секунды после того, как предыдущая погасла. И боевики оказались отличными мишенями — укрытий практически не было, а расстояние до блокпоста было уже совсем невелико — метров восемьдесят.
Разумеется, Мякишев и его солдаты таким подарком судьбы должны образом воспользовались.
— Еще, Андрей! — завопил Мякишев.
Сабуров услышал этот крик и понял, что от него требуется. Он пошел по берегу как слон, быстро и не разбирая пути.
Как раз когда он ввалился внутрь, до его слуха донеслись какие-то странные звуки.
— Что это? — Мякишев тоже услышал их, тоже вычленил из общего шума боя. — Стреляют, похоже, но дальше, чем эти гады засели. Это что, подкрепление к ним?
И тут Сабуров широко улыбнулся.
— Подкрепление, — кивнул он. — Но не к ним, а к нам! Похоже, мой командир сумел абхазов из села сюда привести.
