– Ваш дядя много говорил о нем, сэр, – сказал Томас. – Это подлинный научный триумф, сэр. Видите ли, сэр, четвертое измерение – это время.
– Приятно слышать простые объяснения, – сказал Пит.
– Спасибо, сэр. Насколько я понимаю, сэр, если бы кто-то ехал на автомобиле и увидел, как прелестная девушка вот-вот наступит на шкурку от банана, сэр, и если бы он захотел предупредить ее, так сказать, но не сообразил до того, как прошло, скажем, две минуты, во время которых он проехал полмили…
– Прелестная девушка наступила бы на банановую шкурку, и дальше все пошло бы по природным законам, – продолжал Пит.
– Если бы не было этого демонстратора, сэр. Видите ли, чтобы предупредить девушку, ему понадобится вернуться на полмили назад, а также и во времени, иначе будет слишком поздно, сэр. То есть придется возвращаться не только на полмили, но и на две минуты. И поэтому ваш дядя, сэр, построил этот демонстратор…
– Чтобы он мог справиться с подобной ситуацией, когда она возникает,
– закончил за него Пит. – Понятно! Однако боюсь, что эта машина не решит наших финансовых затруднений.
Холодильная установка перестала гудеть. Томас торжественно чиркнул спичкой.
– С вашего позволения, сэр, мне хотелось бы закончить демонстрацию, – сказал он с надеждой в голосе. – Я тушу эту спичку и кладу ее на стеклянную пластинку между концами подковы. С температурой все в порядке, так что должно получиться.
Откуда-то из основания машины послышалось самодовольное кудахтанье, продолжавшееся несколько секунд. Затем огромная металлическая пластина внезапно повернулась на одну восьмую оборота. Послышалось жужжание. Прекратилось. Неожиданно на стеклянной пластине появилась вторая обгоревшая спичка. Машина тут же возобновила свое торжествующее кудахтанье.
– Видите, сэр? – сказал Томас. – Она создала еще одну обгоревшую спичку. Вытащила ее из прошлого в настоящее, сэр. На этом месте была спичка, прежде чем пластина повернулась несколько секунд тому назад. Как в случае с девушкой и банановой шкуркой, сэр.
Пластина повернулась еще на одну восьмую оборота. Машина кудахтала и жужжала. Жужжание прекратилось, и на стеклянной пластине появилась еще одна обгоревшая спичка. Затем снова начались кудахчущие звуки.
– Так будет продолжаться бесконечно, сэр, – выразил надежду Томас.
– Вот теперь я начинаю, – сказал Пит, – понимать все величие современной науки.
