В Адаптации Юлии Шолох начинается история из разума и бессилия, когда самолет мчится к краю глубокого обрыва. Страшные дрожь снарядят тебя в холодной инертности, где каждый звук кажется громом. Крики стюардессы зовут на спасение, но сама реальность не знает чуда — только жестокий прилив горя и одиночества....
Интересно, а унция радия – это много? Наверняка, по весу мало. А по стоимости?
Тьфу ты, о чём ты только думаешь! Застряла чёрти где, как домой вернуться, большой вопрос, а вместо того, чтобы…
Кстати, а вроде всё неплохо обернулось. Я в команде, зарабатываю ресурсы, судя по всему, неплохо зарабатываю, и неважно, каким способом. Не факт, что целый день бегая по лесу и захватывая водокачки я заработаю эту самую унцию радия. Надо бы найти таблицу ресурсов и посмотреть, сколько это, к примеру, в воде.
Нет, если честно, такой поворот событий меня вполне устраивает.
Испытав кратковременную, но довольно обширную благодарность к кисейцам, я вскочила на ноги и приготовилась отрабатывать свою унцию радия. Всё остальное отодвинулось на задний план. Теперь всё нормально, всё встало на свои места – я работаю, они платят.
- Я готова!
Зеленец быстро оглянулся, оценивающе меня осмотрел и его глаза нервно забегали.
- Готова? К чему готова?
Желток захихикал и чем дальше, тем сильнее. Вскоре он хохотал во всё горло, запрокинув голову назад.
- Что смешного? – возмутилась я. – Вам нужна рабочая сила? Я готова работать. Чего смешного-то?
- Ой, не могу! Она собралась работать.
Я отвернулась к Зеленцу, твёрдо намереваясь игнорировать всех окружающих клоунов.
- Так что? Что мне делать?
Он практически испугано оглянулся сначала на Белка, потом на Фиолета. Первый имел вид задумчивый, а второй улыбался. Кстати, эти двое так мило выглядели, прямо сердце радовалось. Хорошо, что кроме дурашливого Желтка и злючки Алоя, да и Синя, который рот не закрывал среди кисейцев есть ещё и такие уравновешенные личности.
- Даже не знаю, - протяжно заявил Белок. – Но занять её чем-то нужно.
- Я могу готовить!
Самое подходящее занятие для женщины. Ну, ещё уборка, но я её на дух не переношу. Вот странно, готовить люблю, а подмести там, или пол вымыть для меня всё равно что каторга.
Несмотря на моё великодушное предложение, кисейцы выглядели весьма настороженно и соглашаться не спешили. Правильно, я бы тоже не рискнула подпускать к еде взятых в плен девушек с некоторыми особенностями характера вроде мстительности, которая у меня присутствовала даже в большей, чем нужно степени.
В общем, быстренько найти мне достойное занятие они не рвались."
"- Мне скучно! – заявила я. – Я хочу есть. Давайте, я хоть обед приготовлю.
