В жарком июне поезд тяжело поднимается над тропами. Высокие стекла вагона заливаются солнечными лучами, создавая атмосферу будничного беззаботия — пока не начинаешь задумываться о том, сколько уже сломано часов и как многое можно было бы изменить. В этот момент усталый Адъютант палача чувствует себя изнурённым и ненужным, словно ветер во время долгой дороги — бесполезным и непривлекательным....
Для нас дорог каждый месяц и война просто уничтожит набирающую обороты экономику. Плохо, что в России общество буквально болеет идеей помощи угнетаемым христианам и захвата проливов. И я не смогу изменить нынешний настрой, потому что он поддерживается большей частью образованной публики во главе с императором. Значит, придётся искать другие варианты, чем я сейчас и занимаюсь.
Глава 3"
"Заседание «могучей кучки», как я называл наш триумвират, проходило в рабочем режиме. Есть у меня такой принцип, что нельзя мешать дом и работу.
Сейчас дворец не единственное здание, принадлежащее компании, но более я подобные монументальные задания покупать не буду. Уж очень это затратное занятие, особенно их содержание. Кстати, Агнешка сначала хотела поменять наш дом на этот практически музейный экспонат, но затем передумала. Как-то здесь излишне холодновато, и речь идёт не о температуре воздуха. В подобных сооружениях нет души, как мне кажется. А наш семейный особняк может и попроще, зато стал родным для всего клана Козелл-Поклевских.
Что касается заседания правления, то оно проходит регулярно, один раз в неделю. И состоит всего лишь из трёх человек — меня, Катарины и Петра Харлампиева, того самого протеже дяди Альфонса. Есть более широкий круг управляющих, так как, по сути, компания давно превратилась в самый настоящий концерн. Вот только основные решения коллегиально принимают три человека.
