В жарком июне поезд тяжело поднимается над тропами. Высокие стекла вагона заливаются солнечными лучами, создавая атмосферу будничного беззаботия — пока не начинаешь задумываться о том, сколько уже сломано часов и как многое можно было бы изменить. В этот момент усталый Адъютант палача чувствует себя изнурённым и ненужным, словно ветер во время долгой дороги — бесполезным и непривлекательным....
И для нас не проблема инвестировать сразу в несколько перспективных проектов. Катарина просто не понимает бонусов, которые принесёт создание транснациональной корпорации. Причём мы достаточно грамотно замаскировали свои зарубежные активы, выдавая их за голландские и испанские. Если копать глубоко и методично, то найти бенефициаров не проблема. Но я стараюсь работать аккуратно и пока не пересёк дорогу ни одному крупному игроку. Разве что потеря англичанами монополии на испанскую и португальскую железную дороги были встречены на острове весьма болезненно.
— Есть у меня ещё интересное предложение. Я хочу начать избавляться от наших активов в металлургии и частично машиностроении. Понимаю твоё недоумение, — обращаюсь к тёте, так как Пётр разделяет моё мнение, — После окончания войны стоимость металла упадёт. Вообще, страна начнёт переориентировать экономику на более мирные направления. Оставим пай в концерне Мальцова, завод в Твери и столичную промышленную зону.
Я считаю, что пора переходить ко второй части плана развития нашей компании. Надо оставить за собой высокотехнологические производства, динамит с прочей взрывчаткой, вооружения, нефть и финансы. Всё остальное надо сбрасывать. В перспективе подумываю продать даже большую часть акций заводов, выпускающих паровозы и вагоны. Уж слишком обострилась конкуренция, хотя она носит вменяемый характер. Основные игроки договорились разделить госзаказ, что существенно снизило наши доходы.
Ещё в мои планы входит создание дизельных двигателей, с последующей установкой их на тепловозы. Но здесь пока всё из области теории. Зато у нас наметился прогресс с ДВС.
