Автор
В дневные часы Тюильри набережная оживалась множеством гуляющих – от тихоньких парижан до элегантных молодых людей в светской одежде. Камни под ступнями журчали, создавая мягкий треск, когда бросенный юношей камешек нырял в озеро, сливаясь с зеленым водным шлейфом. Именно здесь случилось необычное столкновение: молодой человек встретил женщину, стоящую на набережной, идущей под темными бриллиантами своего платка....
Человек, сказавший о себе однажды: «Я создал мой век, так же как я сам был создан для него», – резко повернулся к собеседнице."
"– Вернуться? Куда? К власти? И что бы это дало? Гражданскую войну внутри страны и войну со всей Европой в придачу? Разорение Франции и ее раздел между великими державами? Я бы никогда не пошел на такое. Один раз я уже пытался вернуться – и достаточно. Все те победы, которые я одержал, послужили к благу Франции. Может быть, мое поражение тоже пойдет ей на пользу. Со мной Франция была бы сильной, но сильная Франция никому не нужна, даже французам.
– Но как же вы жили все эти годы? – спросила Полина.
– Я растворился в толпе, – коротко ответил император. – Довольно я был на виду, теперь настала пора отдохнуть. И потом, я наблюдал. Затесавшись среди зрителей, я видел, как складывается легенда обо мне самом. Отправной точкой, конечно же, послужила моя смерть. Я знал, что истинная моя жизнь начнется только после того, как я уйду, но никогда не думал, что она будет… такой поразительной.
Наполеон выпрямился. Глаза его сверкали, он говорил, рассекая воздух ладонью в такт словам. И Полина вновь поразилась энергии, кипящей в столь немощном теле.
– А вы? – спросила она. – Что вы будете делать тогда?
Плечи императора поникли.
– Мы выбираем себе жизнь, но смерть сама выбирает нас.
