Автор
В дневные часы Тюильри набережная оживалась множеством гуляющих – от тихоньких парижан до элегантных молодых людей в светской одежде. Камни под ступнями журчали, создавая мягкий треск, когда бросенный юношей камешек нырял в озеро, сливаясь с зеленым водным шлейфом. Именно здесь случилось необычное столкновение: молодой человек встретил женщину, стоящую на набережной, идущей под темными бриллиантами своего платка....
– И вовсе уши у меня не красные, месье Видок! Это ваш трюк, чтобы сбить меня с толку!
– Уверен, месье Видок просто хотел пошутить, – вмешался Алексей.
– А вот и нет, – парировал старый сыщик. – Я уже в Ницце заметил, что вы не хотели уезжать из того дома. Вы пару раз вздохнули, оборачиваясь на него, и никак не решались сесть в карету. И вообще такое выражение лица, какое было у вас тогда, я видел только раз – когда вам не досталась шляпка, о которой вы мечтали.
– Месье Видок!
– И поскольку я хорошо знаю людей, – безжалостно продолжал бывший полицейский, – то никогда не поверю, что так вы могли себя вести из-за того помешанного бедняги или из-за его доктора, который годится вам в отцы.
– Погодите, погодите, я что-то не понимаю… – заволновался Алексей, переводя взгляд то на барышню Серову, то на Видока. – Полина Степановна! Так этот сумасшедший…
– Уверена, что сумасшедший настоящий, – сказала Полина, насупившись.
– Но больной все равно не Франсуа Робо? – настаивал совершенно сбитый с толку офицер.
– Нет, именно Франсуа Робо. – И вдруг Полина сердито воскликнула: – Но это не тот человек, с которым я беседовала на берегу! Ясно вам? На берегу я разговаривала с… с совсем другим человеком!
Девушка раскраснелась и сидела, глядя исподлобья на своих собеседников.
– Вы хотите сказать, – медленно начал Алексей, – что человек на берегу…
– Был император Наполеон, – закончил за него Видок.
– Ну вот, вы обо всем догадались, – надулась Полина.
– И вы ничего не сказали… – начал закипать Алексей."
"– Я же не могла сказать вам правду в присутствии его врагов! – отрезала Полина.
– Но вы могли сказать нам позже! – настаивал Алексей.
– Я собиралась, – призналась Полина, – но, знаете, такие вещи как бы между прочим не сообщают.
