Боевой летчик получает второй шанс, попав в прошлое — в Афганистан 1980 года. Его боевой опыт становится бесценным оружием в руках советского командования на самом опасном фронте. Среди зноя, пыли и огня гор герой должен выжить и выполнить миссию, которая может изменить ход войны.
Раздел Chitat.online для книги «Афганский рубеж 3» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Боевой летчик получает второй шанс, попав в прошлое — в Афганистан 1980 года. Его боевой опыт становится бесценным оружием в руках советского командования на самом опасном фронте. Среди зноя, пыли и огня гор герой должен выжить и выполнить миссию, которая может изменить ход войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Боевой летчик получает второй шанс, попав в прошлое — в Афганистан 1980 года. Его боевой опыт становится бесценным оружием в руках советского командования на самом опасном фронте. Среди зноя, пыли и огня гор герой должен выжить и выполнить миссию, которая может изменить ход войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Афганский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И чем дольше стояла эта давящая на нервы тишина, тем больше заполнялась урна окурками от сигарет.
— Чего молчат? Хоть бы были живые, — волновался Кеша, который водил хоровод вокруг урны, заложив руки за спину.
— Тебе же сказали, что на связь ещё не вышли. Значит, в районе Анавы ещё, — поправил его Юрис.
У меня тоже не получалось усидеть на скамейке. Неопределённость судьбы моих товарищей продолжала давить грузом на плечи и заставляла пульсировать виски. А в душе, будто огромная пружина сжалась и никак не распрямляется. Сколько был на войне, но до сих пор не знаю, что тяжелее в таких случаях — сразу узнать последствия или оставаться в неведении.
— Окаб, 507й, — прозвучал голос Баева в эфире.
Тут же все направились к динамику. Секундная пауза и командиру эскадрильи ответил руководитель полётами.
— 507й, отвечает Окаб. Наблюдаю вас, подход разрешил.
— Вас понял. Идём группой из четырёх единиц. К посадке прошу медиков и санитарную обработку для экипажа ПСО.
— 507й, принял. Отправляем вам. Передать на госпиталь, чтоб встречали?"
"До текущего момента всё было не так однозначно. Сейчас Баев должен дать ответ на интересующий всех вопрос.
— Не нужно. Некого встречать, — прозвучал в эфире голос одного из командиров экипажей.
Пружина, которая сжалась внутри меня, вернулась в исходное состояние. Лица собравшихся однополчан говорили сами за себя.
— Значит, никто не выжил? — тихо спросил у меня Кеша, и я кивнул.
— Я ж вот только с Магой… Он мне… — проговорил Иннокентий, но слова у него не складывались в предложения.
Вот и у меня так же. Несколько часов назад мы с кавказскими парнями обсуждали планы на вечер. Смеялись и иронично поглядывали на Баева. И вот их уже нет. Воистину, жизнь — лишь только миг.
Группа вертолётов приближалась к аэродрому. Первым на посадку зашли экипажи ПСО, которых уже ожидали две машины УАЗ «таблетка» на стоянке.
Несколько солдат приготовили носилки и белые простыни, чтобы накрыть тела погибших. Все кто свободен, образовали подобие строя рядом с машинами.
Однако, случилась небольшая оказия — первым на стоянку зарулил вертолёт Баева, а за ним и Кислицын. Для Сергея Владимировича, который как и я недавно восстановил допуск на Ми-24, это был один из первых вылетов в Афганистане на этом типе. И тут такое.
Первым на стоянке развернулся вертолёт Баева. По виду и не скажешь, что он побывал в перестрелке. Пробоин не видно. А вот у Кислицына заметны прострелянные стёкла на двери грузовой кабины и разбитая створка приёмника пушки.
— Куда так спешит замполит? — сказал Юрис, указав мне на выпрыгивающего из открытой кабины Кислицына.
Сергей Владимирович, судя по резким движениям, был весьма взбудораженным. К нему бежал техник со стоянки, но замполит сорвал с головы шлем и бросил ему в руки.
