Боевой летчик получает второй шанс, попав в прошлое — в Афганистан 1980 года. Его боевой опыт становится бесценным оружием в руках советского командования на самом опасном фронте. Среди зноя, пыли и огня гор герой должен выжить и выполнить миссию, которая может изменить ход войны.
Раздел Chitat.online для книги «Афганский рубеж 3» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Боевой летчик получает второй шанс, попав в прошлое — в Афганистан 1980 года. Его боевой опыт становится бесценным оружием в руках советского командования на самом опасном фронте. Среди зноя, пыли и огня гор герой должен выжить и выполнить миссию, которая может изменить ход войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Боевой летчик получает второй шанс, попав в прошлое — в Афганистан 1980 года. Его боевой опыт становится бесценным оружием в руках советского командования на самом опасном фронте. Среди зноя, пыли и огня гор герой должен выжить и выполнить миссию, которая может изменить ход войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Афганский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Сергей Владимирович твёрдо намерен «поправить» лицо командиру эскадрильи.
— Я тебя предупреждал. Я тебе говорил, пирожок ты мамкин! Сказал, позвони в штаб и доложи. А ты тварь, засунул язык в задницу! Пацанов… экипаж… погубил. Ещё и прикрывать не пошёл!
Кислицын сделал последний рывок. На ногах мы уже не смогли устоять и рухнули на металлическую поверхность. И всё равно Сергей Владимирович продолжал тянуться к Баеву. Как же тяжело его удержать!
— Приказываю, Кислицын, отставить! Я командир!
Тут моё терпение лопнуло.
— Это звание ещё нужно заслужить, Кузьма Иванович. Пока что вы только товарищ подполковник! — сказал я."
"— Серый, успокойся, — подбежал Марат Сергеевич и помог нам поднять замполита.
Взмокший Кислицын показал всем видом, что ему помощь не нужна. Он по-прежнему пыхтел и утирал рукавом лицо от пота. Тяжело дыша, замполит махнул рукой, снял с себя разгрузку и передал её Семёну.
Кислицын взглянул на Баева.
— Пацанов погубили, а ты мне что-то тут приказываешь, — тихо сказал замполит.
Он расстегнул куртку комбинезона и пошёл в сторону расположения. Начальник медслужбы показал Маше идти к машинам, а сам побежал догонять Сергея Владимировича.
— Глеб Георгиевич, постройте личный состав напротив вертолётов ПСО. Естественно, тех кто свободен, — дал указание Баев и прошёл мимо нас.
Удивляюсь выдержке этого человека! Хотя, возможно это пофигизм, помноженный на эгоизм. К нам подошёл лётчик-оператор, который летал с Баевым в экипаже. Он же и рассказал обстоятельства произошедшего.
— Шли по обратному маршруту. В районе кишлака, где днём ранее уже видели пулемёты ДШК, Кислицын предложил отвернуть влево, чтобы пройти восточнее. Баев сказал, что слишком близко к Чарикарской «зелёнке». Плюс маршрут утверждён был. Там взять-то надо было на пару километров в сторону и… Короче, попали под обстрел.
— Так как наших зацепило?
— Прям по кабине. Лоб в лоб. Там шансов у парней не было. Огненный шар вместо вертолёта падал. На земле даже не могу и сказать, что можно было собрать. Зрелище ужасное.
— А чего такие разные повреждения у вас и у Кислицына? — спросил я.
— Да всё просто. Владимирович первым пошёл гасить точку, вот и принял на себя удар. Отработал, но не очень точно. А мы уже НАРами всех там загасили, — объяснил лётчик-оператор.
Начальник штаба эскадрильи уже начал нас подгонять в более грубой форме. Вернувшись на место, где стояли Ми-8 с телами наших парней, мы тут же встали в строй. На вопросы пока не отвечали. Да и всё внимание было направлено на командира эскадрильи.
Он о чём-то беседовал с медицинскими работниками. Как мне показалось, разговор у них не клеился.
— Это не самый лучший подход к решению вопроса, товарищ подполковник, — предупреждал Баева врач.
