В Афганистане, где жара переполняет дух, экипаж вертолёта действует на пределе своих сил и рассудка. Сердце бешено колотится, а холодок пробегает по рукам — даже при такой необычайной жаре. Тяжёлая работа взрывника сближает его к самому краю человеческого умения сохранять спокойствие и контролировать свои эмоции. Капля пота, попавшая в рот, охладила голову, и тут же привкус соли подействовал как мгновенный импульс вдохновения и страсти....
Похоже, «Афганский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На самолётах уже подвешены осколочно-фугасные авиационные бомбы ОФАБ и разовые бомбовые кассеты РБК различных калибров. Всё уже готово для нанесения удара по позициям духов.
Спустя пять минут мы своей группой из восьми вертолётов начали взлетать. Баев забил весь эфир своими указаниями.
— Держим курс 40°. Скорость по прибору 180. Всем контролировать остатки, — говорил Кузьма Иванович.
И так каждые две минуты. Естественно, реакция не заставила себя ждать.
— 507й, меньше текста, — сделал замечание Синицын.
Впереди показались склоны Гиндукуша.
— Енисей, 423му, прошу целеуказание, — запрашивал командир группы Су-17х.
— 423й, курс 55, цель — восточный склон, ориентир — старая крепость, — тараторил с земли авианаводчик.
— Понял. Пока не… вижу цель! Работаем с интервалом 20 секунд. С пикирования.
И такая работа идёт по всему ущелью.
Вдоль реки видна дорога, проходящая через всю вереницу кишлаков.
— Паригузар, Пасмазар, Курпетаб, Акиб и Касуб. Блин! Зачем так много названий? Это ж всё один кишлак по сути, — размышлял Кеша.
Теперь же нам предстояло найти точку высадки.
— 220й, твоей группе вираж до команды. Мы готовим площадку, — сказал Баев и мы начали снижаться, чтобы проверить окрестности.
Я внимательно осматривал весь район, но он слишком гористый. Пока ни одной ровной площадки, где можно хоть один вертолёт спокойно приземлить.
Вверх по течению реки, дорога переходила в тропу.
— 507й, тропа слева. Внимательнее, — подсказал я Баеву, хотя это он должен был увидеть её первым.
— Понял. Не страшно. Вправо и проверяем восточную часть, — сказал в эфир Баев.
Плавно начал разворачиваться вслед за Кузьмой Ивановичем. Пока только вокруг одни скалы и брошенные дувалы. Если в районе Курпетаба была видна жизнь, то в паре километров от него только узкая полоска реки, каньон, каменные валуны и скалы.
Уже десять минут мы искали площадку. Улетать просто так нельзя. Да и как-то странно летает Баев. На одном месте стоим как будто.
— 507й, вижу под собой площадку. Готов проверить, — сказал я, пролетев над небольшой поляной.
Размеры примерно 200 метров на 100. Паре вертолётов хватит сесть.
— Тоже наблюдаю. Проверяем.
