Автор
Свинцовые облака нарушали солнечный свет, скрадывая его и давая лишь рассеянное мерцание. Вертолёт снижался по мягкой спирали вниз, подгоняясь к узкому городку за пределами горизонта. Плотная морось не позволяла различать детали местности — только черные шторы туч скрывали леса и поля....
Похоже, «Афганский рубеж (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Кто тебе сложил? Батыров? — поинтересовался комэска.
Ох уж этот Клюковкин! Если мне орден будут вручать, придётся кучу свидетелей привести, чтоб доказали мою причастность.
— Хотите, ещё одну сложу, — недовольно предложил я.
— Ты это брось мне тут возмущаться! За тобой косяков, как у меня волос на бороде. Значит так, ты хотел слетать и показать, что умеешь? Вот завтра со мной и полетишь в составе экипажа.
Улыбку я сдержать не смог.
— И не улыбайся! Требования жёсткие будут. Может, на твоём опыте проведём селекцию нового вида воздействия на проблемных офицеров.
— Это вы про удар по голове? — посмеялся я.
— Про него, конечно.
Слова про селекцию у меня отложились в уме. И пришла отличная идея.
— Командир, а разрешите в город на пару часов? — спросил я.
Тут у Ефима Петровича чуть кружка из рук не выпала.
— Ты опять?! Вот это вся сценка с картой была, чтоб за забор выйти?!
— Я в библиотеку.
И всё же выпала.
— Да что вас так удивляет?! — возмутился я.
— Сочетание Клюковкин и «в библиотеку».
Вернулся я из города с очень интересным экземпляром научной литературы. А именно книгой академика Вавилова «Земледельческий Афганистан». Тут-то и были все особенности рельефа и местности этой горной страны.
По возвращении я предложил штурману эскадрильи использовать её в подготовке. Сначала он покрутил пальцем у виска, предложил мне выпить и лечь спать. Но потом передумал, когда я тыкнул его носом в описание долины Панджшера, хребта Гиндукуш, реки Кабул и пустыни на востоке страны.
Через день, как и обещал комэска, у меня был запланирован первый вылет. Лётная смена интенсивная. После контрольного полёта с Енотаевым мне были запланированы ещё два с Батыровым.
Димон уже пару раз слетал с посадкой на необозначенные площадки. Тем не менее не выглядел он уверенным в себе. В классе постановки я сел с ним рядом с целью расспросить об этом.
— Чего смурной, Димон? — спросил я шёпотом.
— Я тебе говорил так меня не называть? — возмутился Батыров.
— Говорил. Так чё там? Покажи, куда летали на площадки, — вытащил я карту.
Батыров фыркнул и показал на две точки. Это был район населённых пунктов
— Вот здесь. А ты сам карту сложил? — спросил Батыров.
Совсем уже не смешно. Ну не настолько же рукозадым был Клюковкин, что все удивляются его умению карты складывать.
— Ха, ха! И не обидно вовсе. Чего тут складывать, — сказал я, убирая карту и достав наколенный планшет.
