Из холодной вентиляции поднималось сквозь открытую форточку. Полковник прислонился к стене, отгоняя пронизывающий ветер и размышлял над бумагами перед ним. Карандаш тихо катился по столу, словно игрушечный шарик, пока не увлекся щелью между мягкими половицами. Второй карандаш — один и тот же, точно копия первого — лежал поверх важного документа. Полковник держался за эту непростую задачу в изоляции подземелий....
В восемь утра Отто Беккер покинул многоквартирный дом на улице Нойхаузер и зашагал на работу. Он проживал в трехстах метрах от Карлштрассе, и транспорт для передвижения по городу ему не требовался. В пути он ни с кем не контактировал, никуда не заходил.
Капитан всегда был аккуратно одет, выбрит, следил за своей внешностью. Среднего роста, с тонкими чертами лица. Он не был аристократом по происхождению, но вполне мог за него сойти.
В отделе разведки Беккер пробыл до обеда. Потом он на скорую руку перекусил в кафе через дорогу, где тоже не общался ни с кем, кроме официантки.
Поев, гауптман опять исчез за воротами управления, но быстро вернулся, теперь уже в компании майора Этинберга из группы по работе с военнопленными. Оба сели в машину, при этом Беккер был за рулем. Прежде чем запустить двигатель, он настороженно посмотрел по сторонам, словно что-то почувствовал.
Слежка двигалась следом, через две машины. Трудно потерять из вида серый «Мерседес» с хромированным обводом кузова.
Через десять минут машина въехала на автостоянку перед городской тюрьмой.
Ждать пришлось довольно долго. Советские военнопленные в тюрьме не содержались, их сюда не довозили. Здесь сидели немцы, не особо лояльные режиму, коммунисты и социал-демократы, уголовники в ожидании суда, военнослужащие, обвиненные в совершении преступлений.
Репутация у заведения была не из лучших.
В пять вечера Беккер покинул здание и сел в машину. Майора Этинберга с ним не было. Капитан вернулся в управление и пробыл там еще два часа.
В восьмом часу, когда уже стемнело, он покинул управление, но вместо того, чтобы отправиться домой, свернул к автобусной остановке. Сыщикам на машине пришлось сдать к обочине, а потом терпеливо ждать, когда подойдет автобус. Общественный транспорт в Майнсдорфе пока ходил и пользовался спросом. Даже в восьмом часу вечера автобус был полон.
