Из холодной вентиляции поднималось сквозь открытую форточку. Полковник прислонился к стене, отгоняя пронизывающий ветер и размышлял над бумагами перед ним. Карандаш тихо катился по столу, словно игрушечный шарик, пока не увлекся щелью между мягкими половицами. Второй карандаш — один и тот же, точно копия первого — лежал поверх важного документа. Полковник держался за эту непростую задачу в изоляции подземелий....
– С русским языком не знаком, а его носителей видел только в качестве пленных, которые пословиц не используют. Отто, убери пистолет. Это неслыханно!
Шевельнулась шторка на первом этаже. Эрика смотрела, как они выходят. Она могла различить только смазанные силуэты.
– Не волнуйся, Мартин, – произнес ледяным тоном Беккер. – Это всего лишь предосторожность. Веди в свое заведение.
На улице изрядно похолодало. Ветер забирался за воротник."
"Уваров прошел по дорожке, ведущей к арочному проходу на улицу, потом свернул на заметенную дорожку в обход расселенного дома, у которого прогнил фундамент.
– Ну и куда ты направился? – спросил Беккер.
– Ближе тут, – проворчал Алексей. – Так мы напрямую выйдем к Гартенплац.
Он прибавил ходу, чтобы коллега поменьше нервничал. От здания, выходящего на Бихтерштрассе, их отделяла стена голых деревьев. В некоторых окнах горел свет. Не все граждане великой Германии отошли ко сну. Прохожих на улице не было.
Слева показалась бойлерная, заметенная снегом. Там лежали штабеля досок, чугунные решетки, постеленные друг на друга. Тропинка обтекала бойлерную слева.
Уваров покосился через плечо. Беккер вел себя умно, отстал на пару метров, двигался по его следам.
– Отто, дружище, я, кажется, догадался, в чем тут дело, – сказал Алексей, сместился с дорожки, осторожно перешагнул через препятствие. – В твою дурную голову взбрело, что я имею отношение к советской разведке, орудующей в нашем районе.
– Мартин, давай потом поговорим. – Беккер машинально подался за ним.
В темноте было плохо видно, куда ступать. Именно на это Алексей и рассчитывал. Штанина Беккера зацепилась за острие чугунной ограды, фрагмент которой выбивался из штабеля. Он выругался, дернул ногой, оступился.
Уваров понял, что второго шанса у него не будет, оттолкнулся двумя ногами, упал на спину и повалил застрявшего Беккера. Тот запоздало вскинул пистолет, но потерял его от сильного толчка.
Он врезал кулаком в челюсть, в ответ получил под дых. Дыхание перехватило, шустрые черти заплясали в глазах. Беккер уже был сверху, шипел, тянулся к горлу. Алексей ударил по почкам, но слабо, размаха не хватало. Беккер распахнул рот, засмеялся. Уваров зачерпнул горсть снега, сунул ему в глотку. Беккер закашлялся, хватка его ослабла.
