В добрый путь! Сержант с надеждой глянул на усатого водителя, летящего в неведомое направление. Жирный парень, казалось, готов был объехать поселок Кияница кругами ради краткого разговора. Новый лейтенант, с его новенькими погонами и выцветшей гимнастеркой, подтверждал честь своей службы. Улыбка на лице молодого человека не скрывала легкой задиристости....
На ночь оконце закрывалось изнутри чем-то наподобие ставен, чтобы был не виден свет от двух керосиновых ламп, висевших под потолком.
Посередине одного из помещений, в углу которого стоял топчан, находилась железная печка с плитой, на которой при желании можно было приготовить себе горячую пищу. В этом же помещении, которое Егор обозначил для себя, как спальню, в нише, закрытой занавеской, имелся запас продуктов едва ли не на полгода.
В другом помещении, со столом и лавками, также имелась ниша.
– Вот ведь, а? – заявил он. – Настоящий дом. Живи не хочу.
– Да, дом, – согласился Ивашов и хмуро добавил: – Только пустой.
"– Значит, ушел вражина, – разочарованно произнес старшина Колонов. – Но как?
Егор огляделся. Потом прошел в «спальню», осмотрел пол и стены. Взгляд его остановился на топчане. Он подошел, наклонился и отодвинул его от стены, обнажив лаз подземного хода:
– А вот как…
Сыч скорее почувствовал, нежели услышал шаги и шорох. Схватив автомат и подойдя к лазу, изготовился к стрельбе.
Лаз пополз в сторону. И когда образовалась щель толщиной в палец, он услышал:
– Лейпциг.
Это был пароль для Коронера, если ему будет грозить опасность.
– Варшава, – произнес Сыч в ответ и опустил автомат. И тут послышалось совсем неожиданное:
– Руки вверх! Я сказал, руки вверх! Встать!
Это произнес не Коронер, а кто-то другой, более высоким голосом. Значит, он привел с собой «хвост», и опасность грозит уже ему, Сычу.
– Повернись…
Слова просачивались через щель в лазе и были хорошо слышны Сычу. А потом стало тихо.
Выстрел! Он громыхнул так, словно кто-то выстрелил над самым ухом Сыча. Потом он услышал звук падающего тела и продолжительный стон. Кто-то в кого-то явно попал. Вот только кто в кого?
Затем послышался неясный говор, после чего Сыч отчетливо услышал:
– Выходи!
Это было уже обращено к нему. Значит, пулю получил Коронер…
– Щас, – желчно ответил Сыч и бросился к топчану.
