В обеденный перерыв за окном не наступило просвета для Леси — ее сердце и душа оставались в тени уныния. Словно безликое перерыве, в котором каждый день повторялся лишь однообразный ритуал, куриное филе с томатами не могло переменить ситуацию. А вокруг уже царил странный мрак — мир Леси утратил яркость и цветок жизни....
На нижнем все окна были зарешечены. А вот окна второго этажа решетками не были забраны. Борисов чуть не заплакал от ликования, когда увидел чистые проемы окон.
– Стоять! – орала вслед ему Лидочка, заметив неладное. – Вернись! Я все прощу! Любимый! Скажи, что ты пошутил!
Но Борисов уже взлетел наверх словно на крыльях. Он подскочил к окну, распахнул створки и выглянул наружу.
– Уф! – отшатнулся он назад.
Вообще-то Борисов не обладал крепким здоровьем. И высоты боялся панически. Поэтому вид тротуара с высоты второго этажа в старинном доме, где высота потолков сильно зашкаливала за три метра, произвел на него огромное впечатление.
– Милый! – раздался позади него вопль страждущей любви и законного брака Лидочки. – Где ты? Я иду к тебе!
Борисов вздрогнул и решительно шагнул к открытому окну. Очнулся он уже внизу. В окне маячила, размахивая руками, Лидочка. Она уже перекинула ногу через подоконник, стремясь последовать за своим ускользающим женихом, но в это время рядом с ней появились двое здоровенных охранников и схватили Лидочку под белы руки.
"Борисов от умиления прослезился. Он с благодарностью помахал ручкой недоумевающим охранникам и поспешил прочь. Погони он не опасался. Охранники едва справлялись с рвущейся из их рук Лидочкой. Но при мысли о том, что может случиться, если они все-таки не справятся и девушка вырвется на волю, Борисов невольно прибавлял шаг и наконец пустился бежать рысью.
Глава 13
Борисов двигался в сторону родного дома. То есть сначала он добрался до своей брошенной машины, а потом уже на ней помчался к себе домой.
– Все-таки уже поздно, – убеждал он самого себя. – И не совсем прилично ехать к девушке в гости в такой час.
Но в глубине души Борисову страшно хотелось, чтобы у них с Кирой были такие отношения, когда она была бы рада ему в любой час дня и ночи. И чтобы она открыла ему дверь, вся такая теплая со сна и уютная. Чмокнула бы его в щеку и стояла бы рядом с ним, покачиваясь, пока он переобувался и рассказывал бы ей о том, что делал.
Но он трусил. После сегодняшнего разговора с Кирой, когда Лидочка бросалась на дверь туалета своим полным телом, Борисову казалось, что у них с Кирой возникли определенные сложности.
Конечно, их бы стоило уладить. Но вот когда? Прямо сейчас или все же утром? Пребывая в полном смятении чувств, Борисов добрался до своего дома. Оставив машину под окнами, он направился к своему подъезду.
