В обеденный перерыв за окном не наступило просвета для Леси — ее сердце и душа оставались в тени уныния. Словно безликое перерыве, в котором каждый день повторялся лишь однообразный ритуал, куриное филе с томатами не могло переменить ситуацию. А вокруг уже царил странный мрак — мир Леси утратил яркость и цветок жизни....
– А почему он был такой смуглый? И почему у него на лице и руках были шрамы?
– Так жизнь у парня выдалась суетливая и опасная, – объяснил ей Карасев. – Не только ему были должны, но, возможно, и он сам ходил в должниках. Вот он и сделал пластические операции на лице и руках. А смуглый? Так пока он пытался самостоятельно разыскать Семицветова в Южной Америке за океаном загорел.
– А откуда он знал, что Семицветов именно в Южной Америке?
– Говорят, что слухами земля-матушка полнится, – загадочно произнес Карасев. – В общем, кредитор хоть и знал, что Семицветов в Америке, но найти его не сумел.
"– Но все же это так ужасно, что из-за какого-то прохвоста, удравшего в Южную Америку, пострадало столько народу, – вздохнула Кира. – Ну ладно еще этого кредитора ножом пырнули. Так он хоть знал, чем рискует. А тот бедолага, который Мишаню искал? Его за что?
– И трое ребят из «Ориона», – покачала головой Леся. – Их тоже жалко. Разве была такая необходимость их убивать?
– В самом деле, – поддержал Лесю Дима.
– Вы не понимаете, – вздохнул Карасев. – Хватунову и Елене с Алиной было необходимо все представить таким образом, словно ничего, совсем ничего не было. Понимаете, совсем! Чтобы обезопасить себя, они должны были представить дело так, что они сами лично никак не связаны с исчезновением Семицветова. Дескать, не отправлялся Семицветов через «Орион» никуда.
– Почему?
– Кредитор этот был человеком серьезным. Шутить и миндальничать не стал бы. Под горячую руку мог всех троих порешить. А перед этим еще и пытать. Вот они и постарались полностью обезопасить себя от него и его дружков.
– Но зачем убивать своих же сотрудников? – спросила Кира. – Хватило бы, чтобы те люди просто куда-нибудь на время исчезли.
– Нет, недостаточно, – возразил Карасев. – Быть уверенным на все сто процентов в том, что человек не выдаст твою тайну, можно только в одном случае.
– А почему же в таком случае, убив кредитора, Хватунов оставил его тело в фирме?
– Сам он говорит, что просто испугался, – пожал плечами Карасев. – Все-таки он не серийный убийца. Для него убить человека в первый раз оказалось большим испытанием. Наступил шок, и он сбежал, забыв обо всем на свете.
