В обеденный перерыв за окном не наступило просвета для Леси — ее сердце и душа оставались в тени уныния. Словно безликое перерыве, в котором каждый день повторялся лишь однообразный ритуал, куриное филе с томатами не могло переменить ситуацию. А вокруг уже царил странный мрак — мир Леси утратил яркость и цветок жизни....
– Молодец! Талант! – бурно одобрила Кира неизвестного ей вундеркинда, так как его мать, по всей видимости, ждала именно такой реакции. – Скажите, а смерть отца не повлияла на мальчика?
– Нет, – сухо отрезала женщина. – Конечно, он был убит. Но со временем свыкнется с этой утратой.
Разговор все же получился подробный, и Кира сумела узнать, что погиб господин Валентинов, провалившись на болоте в какую-то особо подлую и гнилую топь. В общем, даже его тело вытащить оттуда не удалось, слишком велик был риск, что на дно болота затянет и всю команду спасателей.
Поэтому Кира перезвонила ей еще раз.
– Снова вы? – неприязненно уточнила та. – Послушайте, я же вам объяснила, что все эти разговоры о смерти моего мужа мне очень неприятны. Они нервируют детей, они ведь только-только начали приходить в себя.
– Последний вопрос, – перебила ее Кира. – Только скажите, кто вам посоветовал обратиться в «Орион»?
Как ни странно, такой простой вопрос поверг женщину в смятение.
– Ничего конкретного она мне так и не ответила, – поделилась с подругой Кира.
– Двое из них точно мертвы, – сказала Леся. – И у меня какие-то нехорошие предчувствия насчет остальных.
Лично у Киры были предчувствия, что для приватной беседы с кем-то из этих экстремалов им придется прибегать к услугам медиума.
– Но, с другой стороны, никакого криминала вроде бы и нет, все туры очень опасные и предполагают, что кто-то может не вернуться домой, – сказала она, когда они ехали по адресу некоего Виктора Шапошникова, который, если судить по сведениям из его анкеты, жил на Петроградской стороне и отправился в тур по Сахаре.
Подруги здраво рассудили, что уж в пустыне ни болота, ни глубокой реки не найдется, так что небольшой шанс у них все же есть. Однако они ошибались. Шапошников погиб, как и Валентинов, и Семицветов. Он не утонул, что правда, то правда. В этом подруги не обманулись.
